"СЕКРЕТИКИ" ЯНЫ ВАРШАВСКОЙ

2 апреля 2015 - Администратор
article81322.jpg

 У нашего автора Яны Варшавской вышла ещё одна книга. На этот раз - в прозе. Поздравляем Яну и спешим познакомить наших читателей с избранными произведениями.

Книга "Секретики" вышла в Москве, Издательство Российского союза
писателей. Подписана в печать 16.03.2015 года.
Серия: Лауреаты национальной литературной премии "Писатель года".
В книге 2 повести и 24 рассказа, большая часть которых (20) представлена в
разделе "Мистика".
Итак, слово автору.
---
Если бы меня поставили перед выбором: написать рассказ или предисловие к собственной книге, я бы не колеблясь, выбрала первое!
 
И ещё хочется сказать словами Ники Невыразимовой, автора книги стихотворений «Яблоко в руке» и Лауреата I Премии в номинации «Лирика»: «Женщина часто не знает, что надеть, но всегда знает, что сказать… А вот пишущая женщина становится неразговорчивой. Пишущая женщина – беда в семье! Что видит семья? Семья видит спину у компьютера и слышит звук клавиатуры…»
 
Что я могу сказать в своё оправдание? Я разместила свой компьютер на широком подоконнике кухни, рядом с пышно растущей помидорной рассадой, чтобы надолго не отрываться от домашних дел и всегда быть в курсе событий, иногда выглядывая в окно, в очередной раз, убеждаясь, что снег ещё не растаял…
 
И на эту тему я написала небольшую ироническую миниатюрку, которую также включила в книгу «Секретики»:
 
БОТАНИКИ
 
 
– Мама! – радостный возглас дочери прервал едва установившуюся тишину в доме.
 
– Мама, мы купили семена! Ла-ла-ла! Ла-ла-ла! – в гостиную вбежала счастливая девочка, напевая и одновременно кружась в каком-то невероятно лёгком, воздушном танце, и сообщая всему здесь сущему о своей драгоценной покупке.
 
Кошки, готовые нюхать всё на свете, втягивают воздух, но быстро разочаровываются. Красочные маленькие пакетики ничем замечательным, по их мнению, не пахнут.
 
– Мама, правда, здорово! Мы с бабой Галей купили семена помидоров и огурцов. Я буду их выращивать на подоконнике. У нас будет урожай!
 
– Тамара, остынь, какой такой урожай? У тебя даже земли-то нет.
 
– Ха-ха-ха! А вот это, что? – девочка торжествующе указывает пальчиком на притаившийся в углу мешочек с землёй для рассады.
 
– А горшочки? – спрашивает мама, постепенно привыкая к мысли, что скоро на неё взвалят ещё и хлопоты по поливу, пересаживанию и опылению…
 
– Да у нас их будет множество-премножество, – не унимается дочка, – Вон, из-под минералки, например, бутылки. Верхушки-то можно отрезать, а?
 
– Боже, за что мне это наказание? – сокрушается мама, – И будем мы жить не в квартире, а «Во саду ли, в огороде!» – сдаётся бедная женщина.
 
– Да, не расстраивайся ты так! – решил встать на защиту детской мечты, оторвавшийся от чтения журнала «TOTAL DVD» папа. – Ты же у нас – ботаник!
 
– Для тех, кто в танке, повторяю ещё раз, я – не ботаник, я – зоолог!
 
Кстати, не состоявший, а деньги я получаю за то, что вдохновенно тружусь химиком-аналитиком!
 
– Да, какая разница! Всё равно у нас скоро взойдут семена, будут себе расти, это будут – мои дети! – мечтательно произносит девочка.
 
– А потом ты их съешь! – горестно заключает мама.
 
– Ужас! – лучше не думать про это! – восклицает дочь, воспринимая слова матери как неудачную шутку.
 
 
**
 
– Мама, а у меня росточки вылезли! Смотри, какие хорошенькие! – торжественно произносит девочка, поднося в поле зрения горшочек с землёй, из которой, выгнув белёсую спинку, торчит маленький росток.
 
– Вот, предатель! – сокрушается мама, – Не мог потерпеть ещё пару лет. Спал бы себе! Да уж, всё живое хочет жить!
 
– Смотри, и в этом горшке, тоже! – прыгает от радости девочка.
 
– Бедная мама! – произносит старшая дочь, вернувшаяся из школы, – Ты хоть имя-то ему придумала? – подтрунивает над младшенькой, Софья.
 
– Вот ещё! Сначала посади сама, потом и распоряжайся! – обороняется Тамара.
 
– Вы ещё подеритесь! Делов-то, ну, проклюнулось пару доверчивых семян, посмотрим, что дальше будет… – со слабой надеждой в голосе, произносит мама.
 
– Мама, кошки противные нюхают их опять! Ай, они хотят съесть мои растения! Ладно-ладно, завтра куплю вам вашу кошачью траву, – обещает Тамара своим четырёхлапым питомцам.
 
– Мартиша! Это трогать нельзя! – внушает девочка серой персидской кошке. – И это тоже – нельзя! – продолжает она, показывая на росточки и, посмотрев на её хитрую мордочку, спрашивает, – Всё поняла?
 
– Что она поняла? Это же тупень! – заключает Соня, безнадёжно глядя на Мартишу. – А Ася – вечно голодная! – продолжает она, заметив направившуюся к холодильнику вторую представительницу семейства кошачьих.
 
– Ничего вы не понимаете! Я буду накрывать мои растения прозрачными полиэтиленовыми мешочками, пока они совсем не вырастут! – радуясь своей придумке, восклицает юная огородница.
 
***
 
– Мама, пора! Пора пикировать! – зовёт дочка, вся перепачканная и счастливая.
 
– Пикируют только самолёты, я не самолёт, – занятая своими мыслями, – отвечает мама.
 
– У них уже четвёртый листок появился, значит – пора пикировать, баба Галя сказала, – не унимается дочь.
 
– Напомни-ка мне, что-то я не знаю… Пикировать, это что?
 
– Мама! Ну, я буду просто отщипывать кончик корня у помидоров, а ты их будешь рассаживать отдельно, в новые горшочки! – отвечает маленький садовод.
 
– Давай, наоборот! – предлагает мама, мысленно представив, сколько времени она будет возиться с этой армией зелёных друзей.
 
– Нет, это же интересно. Потом, я слышала, что в земле живут микроорганизмы, которые, попадая на кожу человека, вызывают чувство эйфории у тех, кто возится с землёй, – со знанием дела, сообщила Тамара своей матери, которая просто не верит своим ушам!
 
– Честно говоря, я даже не представляла, что это так тебя затянет! – сказала мама, припомнив случай, с луковицей, из которой так и не выросли зелёные перья. Бедолага засох через неделю…
 
– Ну, скажи, правда, здорово, что у нас столько много растений! Вон, уже и огурчики подрастают! Скоро астры взойдут! – мечтательно продолжает дочка. – Я сейчас всё сфотографирую, покажу учительнице, она мне пятёрку поставит! Видишь, сколько пользы от моих стараний.
 
– Теперь мы с тобой действительно ботаники! – заключает мама, красиво расставив горшочки на подоконнике.
 
 
04.06.2010
 
 
В книгу вошли две повести: «Секретики» и «Чёртова Башня». События, описываемые в них, происходили в другой стране. Эта страна называлась Советский Союз. И чтобы как-то предварить повествование, я написала небольшой пролог:
 
Старым стоптанным ботинком, грубым швом на рюкзаке,
 
чёрно-белою картинкой и творожником в ларьке…
 
Детство дарит нам Секретик: в ямке – битое стекло,
 
бантик, брошка и билетик – всё, что под руку пришло…
 
Сколько выплакав слезинок, ты спешило повзрослеть,
 
без жевательных резинок всё мечтало посмотреть:
 
и кино про Фантомаса, и про кортик, и орла…
 
Время было… И с запасом: целый день и дотемна…
 
Только вот куда-то делось, не зовёт уже играть…
 
Как-то быстро повзрослелось… Детство! Вот бы, наверстать!
 
Не нужно быть психологом, чтобы понять, что все наши привычки, какие-то уникальные способности, черты характера, всё это закладывается в раннем детстве. А потом либо мешает, либо помогает жить.
 
Я обладаю прекрасной памятью, помню различные мелочи, запахи, особенно хорошо запоминаю даты. Конечно, не те даты, что нужно заучивать из учебников по истории, а те, которые связаны с любыми обстоятельствами нашей жизни. А ещё я, как никто другой, могу хранить чужие тайны. Мои приятельницы обожают делиться со мной своими секретами, потому что уверены, что о них никто кроме нас не узнает… Но, не потому что я такая высоко нравственная личность и ни за что на свете не поделюсь ими, или случайно проболтаюсь. Нет. Дело в другом… Как только я узнаю о чужой тайне, я тут же, автоматически о ней забываю. Вспоминать бесполезно. Так что выгода очевидна: человек выговорился, облегчил душу, а я гарантировано забыла о чьём-то ужасном секрете.
 
В нашем детстве не было ни персональных компьютеров, ни сотовых телефонов, ни пятидесяти телевизионных каналов, да ещё много чего... Зато были игры! Не виртуальные компьютерные, а настоящие детские забавы. Впрочем, многие из них, как бы это помягче сказать? С налётом жестокости, что ли…
 
Играли мы и в «Садовника», и «Из круга вышибала», и «Цепи кованные». Но самое приятное и трепетное занятие для девчонок той поры было создавать, именно создавать свои Секретики…
 
Что это такое? Попробую объяснить. За нашим домом начинался лес, причём не какая-то берёзовая колка, а настоящий, нетронутый, густой Лес. Даже старшие мальчишки редко отваживались углубиться туда одни, без сопровождения взрослых. И не потому, что были какие-то страшные истории, связанные с ним. Просто лес тот – настолько густой и тёмный, что в нём довольно трудно было продираться сквозь сплетенные ветвями деревья и кустарники. Поэтому мы ограничивались лишь его опушкой…
 
Для того чтобы сделать Секретик, каждой девочке нужно было время, но самое главное, чтобы никого не оказалось поблизости. Ведь самым страшным горем, которое могло случиться в то время – было увидеть, что твой Секретик разорён. Мальчишки, понятное дело, не играли в эти девчоночьи игры, зато разграбить или сломать чужой Секретик для них считалось, чуть ли не геройством или огромной заслугой. Они хвастались друг перед другом о своих недавних находках. Часто тайком подглядывали, как кто-то из девочек старательно маскирует свои сокровища, чтобы, как только она уходила, вломиться и завладеть чужой собственностью.
 
Я всегда уходила чуть дальше остальных, проползала сквозь запутанные ветки и, остановившись где-нибудь около большого дерева, выкапывала небольшую ямку между его корнями. Потом цветными стёклышками обкладывала её. Если не было стекла, можно было использовать фольгу от шоколадки или яркие, тряпичные лоскутки. Главное, как-то закрепить стенки ямки, чтобы земля не засыпала её обратно… Потом в это надёжное углубление торжественно помещались самые дорогие для любой девочки вещицы: старинные броши (взятые, например, из дальнего ящичка маминого комода), бусы, заколки, монетки, да ещё много чего можно было положить… Сверху всё это богатство накрывалось осколком прозрачного оконного стекла. Затем насыпалась земля, или возвращался кусок дёрна, аккуратно вырванный вместе с травой, или тайник маскировался с помощью веточек и листьев. Для чего? Всё очень просто, если твой Секретик никто не найдёт, то можно было иногда прийти и, убрав верхний слой земли, аккуратно проведя ладошкой по прозрачному стеклу, вновь любоваться своими сокровищами. Вот так создавался Секретик.
 
Когда я довольная возвращалась домой, мама лишь укоризненно качала головой:
 
– Бог мой! Посмотри на свои руки! Опять копалась в земле?
 
Да уж! Хоть я и старалась отмыть их на старой колонке, но под ногтями всё-таки остались предательские чёрные полоски.
 
– Милая! Я не запрещаю тебе играть. Просто, это опасно. Ты можешь подцепить какую-нибудь заразу! – поговаривала она в сердцах.
 
 
И вот, однажды, я не выдержала и показала свой Секретик новенькой девочке, которая была очень хорошенькая, просто куколка. Она появилась в нашем дворе месяц назад и ещё ничего не знала о наших играх, а самое главное, она пока не стала чьей-то близкой подругой.
 
Катя ахнула, увидев содержимое под стёклышком моего Секретика, потом она помогла мне всё тщательно укрыть, и мы вместе вернулись во двор.
 
Лето заканчивалось, и мне захотелось забрать свои драгоценности домой. Убрав листья и веточки, я обнаружила, что кто-то незваный успел побывать здесь раньше меня… Я села на корточки и, чтобы лучше разглядеть, прильнула щекой к стеклу, посветив вниз маленьким фонариком… Чей то круглый глаз тоже посмотрел на меня сквозь прозрачное стекло. Я испугалась, но палочкой отодвинула его. Из ямки выпрыгнула большая тёмная лягушка. Потом, она, с немым укором посмотрев на меня, квакнула напоследок и скрылась в высокой траве.
 
Ночью мне приснился странный сон. Будто бы десятки огромных лягушек выскакивают одна за другой из ямки моего Секретика, а последняя, подпрыгнув ко мне совсем близко, протянула свою крохотную лапку и произнесла:
 
– Разрешите представиться, меня зовут Рана Террестрис*.
 
Я пожала ей лапку, но не смогла вспомнить своего имени, чтобы ответить ей.
 
Вероятно, это просто совпадение, но именно в то утро я обнаружила у себя на руке большую шипицу или бородавку. Мама попыталась свести её карандашиком ляписа, но это не помогло.
 
– Говорила я тебе, не возись с землёй! Теперь придётся обратиться к врачу!
 
Мама позвонила своей подруге, Эмме Рудольфовне – врачу окулисту, та позвонила своей – врачу дерматологу… На следующий день мы с мамой пришли в поликлинику.
 
– Ничего страшного! – сказала приятного вида пожилая женщина и отвела меня в рентген-кабинет.
 
– Две-три процедуры и – от твоих бородавок след простынет! – успокоила она, поместив мою ладонь на стол под аппаратом.
 
 
Возможно, именно тогда я и стала терять интерес к секретам, пусть даже к таким маленьким и невинным... Или всё дело в последнем, самом ужасном?
 
Помню, как сейчас, ту зиму…
 
Уже стояли ранние морозы, и выпал первый, глубокий снег. Мы играли около дома. Стало скучно, и мальчишки предложили пойти в соседний двор: там и места больше, и есть, где развернуться нашей фантазии. Солнышко пригревало, снег прекрасно лепился, а мы катали снеговика. Вдруг кто-то из ребят увидел, что из сугроба виднеется какой-то красный лоскуток. Мы подошли ближе. Самый смелый тихонько потянул тряпку на себя, и... На одеяльце лежал розовый «пупсик», только слишком сильно похожий на настоящего ребёнка. Из-под шапочки выбивались светлые волосики, а на пальчиках – настоящие ноготки… Это просто не могло быть правдой!
 
Кто-то из взрослых обратил внимание на наш плотный кружок… Нас, потрясённых и притихших, отправили по домам.
 
Назавтра, я слышала, как мама рассказывала отцу, что милиция нашла в соседнем дворе молодую женщину, которая не пожелала быть матерью, но не смогла сохранить это в тайне.
 
Её страшный «cекретик» обнаружили, как всегда, вездесущие мальчишки…
 
 
__________________________________________________________
 
Rana terrestris (Rana arvalis)* – Лягушка остромордая, болотная. Широко распространена на территории
 
Сибири и Красноярского края, встречается в таежной, подтаежной зоне, лесотундре. Обитает на суше: в лесу, лесостепи, обычна в пойменных ландшафтах.
 
02.08.2010
 
Конечно, чтобы участвовать в Премии «Писатель года» нужно было выбрать самый лучший, на взгляд автора, рассказ или отрывок из романа… Кто, как говорится, чем богат. В 2012 году на суд Большого жюри я представила рассказ «Сосед» и вошла в число 50 финалистов.
 
СОСЕД
 
Сначала была весть. Недобрая. Со мной по соседству поселится бывший зэк. Рецидивист. Вор с тридцатитрёхлетним стажем. Умом я понимала, что нужно что-то предпринять, чтобы как-то оградить себя от неприятностей, но что конкретно нужно делать – сердце не подсказывало.
 
Впервые, лицом к лицу я столкнулась с ним, когда спускалась вниз, помогая младшей дочери преодолевать сложные повороты винтовой лестницы. Я подняла глаза и увидела, как он чинно поднимается на наш четвёртый этаж, держа под руку свою нынешнюю подругу. Во второй, свободной руке этот уже далеко немолодой человек нёс прозрачный пакет с десятком яиц.
 
– Здравствуйте! – произнёс он голосом гипнотизёра, знающего себе цену.
 
– Доброе утро! – ответила я, ускоряя шаг.
 
– Дочка! Зови меня дядя Юра.
 
– Хорошо, дядя Юра!
 
 
Прошло примерно дня три. В выходной день, рано утром, когда дети ещё спали, а я готовила молочную кашу на завтрак, раздался громкий, настойчивый стук. Я открыла. Дядя Юра стоял на пороге нашей квартиры. Из одежды на нём были только старые, синтетические тёмно- синие тренировочные штаны и шлёпанцы на босу ногу.
 
В руке он держал нож. Просто так. Словно это был телефон или расчёска. Нож был дополнением. Атрибутом. Как трость или шляпа…
 
– Дочка! Выручай. Организм требует курить. А нечего. Денег дай. Десятки хватит.
 
– Дядь Юр, семья спит, а Вы тарабаните. Воскресенье же!
 
– Я ждал и так, сколько смог. Десятку дай, соседка, Бога не гневи!
 
Я залезла в карман плаща. Повезло. В нём лежала скомканная купюра, достоинством в десять рублей. Расправив её, я протянула бумажную десятку соседу, даже не спросив, когда он вернёт долг и вернёт ли вообще.
 
– А зовут-то тебя как?
 
– Татьяна.
 
– Прямо, как и мою – Танечка. Спасибо, Танюша! Только и ты не говори мне Вы. Деньги отдам через неделю.
 
Я закрыла за ним дверь.
 
– Кто был? – спросил сонным голосом муж, заходя в кухню.
 
– Дядя Юра.
 
– Кто?
 
– Сосед новый, вор-рецидивист. Денег просил.
 
– И ты одолжила?!
 
– Нет, блин!.. Конечно, одолжила! Только не думай, что от страха!
 
– Тогда зачем?
 
– Думала, чем быстрее уйдёт, тем лучше. Следующий раз сам с ним говори, только учти, он с ножом ходит.
 
 
Ровно через неделю, также утром сосед вновь постучал в нашу дверь. На этот раз ему открыл муж.
 
Дядя Юра вошёл. Наклонился и приставил к дверному косяку небольшой топорик. Улыбнулся, протянул мужу руку и произнёс:
 
– Будем знакомы, сосед! Юрий Яковлевич. А тебя как звать-величать?
 
– Андрей.
 
– Андрюша значит. Ох, и красивая у тебя жена, Андрей! Был бы я, помоложе – увёл бы! – сказал он, словно ища слабину в характере мужа и наблюдая за сменой эмоций на его лице. Поняв, что Андрей тоже его оценивает и не спешит лезть на рожон, заключил:
 
– Да, шучу я, не переживай. Вот, долг принёс! А жена у тебя молодец, – кивнув в мою сторону, произнёс:
 
– Гордая, прямо – царица. В глаза смотрит, не боится.
 
– Да Вы – поэт, дядь Юра! – пытался пошутить муж.
 
– Не поэт я, психолог! Времени много было, чтобы людишек-то поизучать. Тридцать с гаком лет по зонам… Меня начальство уважало и с докторшей романы крутил. Выпускать не хотели. Я им дисциплину укрепил. А сам там за босса был. Не смотри, что зэк бывший, я много про наше мироустройство знаю…
 
Он задумался на минутку и спросил:
 
– Вот, как ты думаешь, что есть ЗАКОН?
 
– ?
 
– Закон, Андрюша, это За и Кон. Кон – Круг. А значит, всё у нас по кругу. Беги – не беги, а вернёшься туда, откуда пришёл.
 
С этими словами он постоял минутку, докуривая папиросу, взял топор и, махнув на прощание, ушёл, не скрывая удовольствия от произведённого на нас впечатления.
 
В этот раз я более детально смогла рассмотреть его голый торс, который «украшали» синие наколки. На груди – церковь с маковками куполов, спина тоже сплошь библейские сюжеты. На правом плече разместилась пышноволосая молодая женщина, наверное, это и была загадочная докторша.
 
 
Не проходило и недели: нет-нет, да и раздавался нетерпеливый стук в дверь, и обычно по утрам. Когда я спешила в детский садик, застёгивая замок на куртке, или одевая своим девчонкам сапожки, времени не было на расспросы и обещания. Молча протягивала ему деньги, по глазам читая, достаточно, или нужно добавить ещё… Если он заставал меня дома после возвращения из магазина или садика, то приходилось выслушивать его философствования, терпя материальный и моральный ущерб. Просто так выставить его духу не хватало. Хотя сказать, что я боялась дяди Юры тоже было бы не правильно.
 
Это было чувство отторжения. Я просто изо всех сил старалась свести к минимуму наименьшее из зол.
 
 
В один из дней, когда дети температурили, а муж просто бредил, тяжело перенося грипп, я бегала по квартире, как заполошенная, готовя морсы и обтирания. Он снова постучал.
 
Я открыла. Сосед сразу понял, что мне не до него. Молча, перекрестил и вышел, так и не проронив ни слова.
 
Может, действительно в нём было что-то: или дар, или сверхчувствительность. Он чувствовал безошибочно и то, есть ли у нас деньги, и на сколько лучше занимать, в какое время надо зайти. Что-то такое… Почти звериное чутьё…
 
Однажды, когда дядя Юра, по обыкновению, прислонил топор к стене в коридоре и сказал «Здравствуй, Танечка!», я не выдержав, спросила:
 
– Вот, ответь мне, дядь Юра, чего бы тебе хотелось: чтобы я тебя боялась, или уважала?
 
– Ммм...
 
– Так получается, сама не знаю почему, но я тебя не боюсь, – я кивнула в сторону стоящего у стены нового топорика, –
 
– Хочешь, чтобы уважала?
 
– ?
 
– Тогда не ходи почти голый, я не люблю такую «живопись». А ещё топор дома оставляй. Деньги, если есть я и так дам. Но не потому, что боюсь. Мне не жалко. Просто ты, наверное, думаешь, что так надёжнее… Нет. Если денег нет, тут ни топор, ни нож не помогут.
 
Время шло. Постепенно рос долг и список «достоинств» нашего нового соседа. Жил он тихо, дома не пил, хотя друзья к нему заходили. Однажды, под вечер лестничную площадку огласил душераздирающий крик. Кричала женщина. Я вышла в коридор и столкнулась с дядей Юрой. Он был явно не в себе, метался…держа себя за голову и тихонько выл. Я заглянула в соседскую квартиру. Его Татьяна лежала на кухне без сознания, рядом валялась тяжёлая чугунная сковорода с остатками застывающего жира.
 
Картина, открывшаяся моему взгляду, была слишком страшной, чтобы быть правдой… Немолодая женщина, потеряв сознание, лежала, широко раскинув ноги, багровые, покрытые волдырями и пылающие от обширного ожога.
 
Я набрала «Скорую» и милицию. Остановилась между двумя входными дверями. Сосед, постепенно приходящий в себя, курил и трясся всем телом.
 
– «Скорую» вызвала? – то и дело повторял он, пряча от меня, свои, влажные от слёз глаза.
 
– Вызвала-вызвала. И милицию тоже, уж прости, – ответила я.
 
 
Что за размолвка у них случилась – мы так и не узнали. Женщина несколько месяцев пролежала в больнице, а когда, наконец, появилась, сделала вид, что ничего особенного не произошло.
 
Прошло около полугода. Сосед не беспокоил нас своими визитами. У нас тоже произошли перемены. Наконец-то мы достроили новую, просторную квартиру и в скором времени переезжали на другой адрес. Муж захотел оставить в старой квартире всё на своих местах, чтобы было железное оправдание для покупки всего нового для нашей новой обстановки. Я согласилась.
 
Мне тоже хотелось начать новый этап жизни со всего нового. По ночам я придумывала, как мы снесём перегородки, чтобы сделать наше жилище не похожим на стандартные двухкомнатные квартиры, хоть и большей площади.
 
Сосед, как я уже говорила, обладал каким-то сверх чутьём. В один из дней он тихонько постучал в нашу дверь. Я открыла.
 
– Танечка, что-то мне подсказывает, что я Вас долго не увижу…
 
– ?
 
– Вы с Андрюшей прямо светитесь. А так бывает только по хорошему поводу… Вот я и решил, что вы переезжаете.
 
– Дядь Юр, прошу, никому ни слова! Мы хотим тихонько переехать. А квартиру эту законсервировать.
 
– Так я о том и говорю. Вот пришёл сказать тебе, чтоб не беспокоилась понапрасну. Квартирка твоя сохранится лучше, чем в сейфе. Я за ней пригляжу. Даже, если оставишь дверь незапертой, ни одна спичка не пропадёт. Богом клянусь!
 
– Воровской кодекс?
 
– Я ж здесь живу. Не дай Бог, что пропадёт – ты первая на меня и укажешь…
 
– Спасибо тебе, дядя Юра! Только ценного у нас ничего нет…
 
– Вот, держи… Всё, что задолжал. Я хоть пьян и бываю, но на память не жалуюсь.
 
Он протянул мне сотню и ещё какую-то мелочь. Вздохнул тяжело, развернулся и ушёл. Оставив меня в полной растерянности.
 
Что не так? Я постояла какое-то время. Потом… до меня дошло.
 
Впервые за все визиты он был одет. Полностью. И не курил. А ещё не было никаких острых предметов ни в руках, ни поблизости.
 
Не знаю, кто больше повлиял друг на друга: я на него, или он на меня…
 
Он помог мне избавиться от привычных стереотипов, от восприятия людей, прошедших круги ада и переступивших черту, как изгоев и недочеловеков. После разговора, с которыми хотелось вымыть руки…
 
Или я заставила его понять, что слабые, но наделённые природным материнским инстинктом женщины, могут проявить силу характера, защищая своих детей и кров от посягательств неизвестной, а оттого страшной опасности.
 
Не знаю.
 
Но могу сказать одно – этот человек был какой-то вехой в моей жизни. И эта встреча была нужна. Возможно, для того, чтобы окончательно повзрослеть и проверить свой внутренний стержень на излом?
 
Не знаю…
 
03.11.2010
 
На следующий год я вошла в число 75 писателей-финалистов, претендующий на Премию «Писатель года» – 2013. А потом, уже на церемонии награждения я услышала своё имя, став Лауреатов II Премии в основной номинации. И успех, как ни странно, мне принёсла глава всё тех же «Секретиков»:
 
СОКРОВИЩА
 
Шёл второй день нашей необъявленной войны, которую мы устроили мальчишкам за очередной варварский набег на наши Секретики. Это продолжалось со вчерашнего утра и вот, сегодня уже настало послеобеденное время… Мы крутили скакалку и по очереди прыгали через неё, то боком по отношению к девочкам, вращающим её, что было весьма непросто, то, скрестив ноги…
 
Мальчишки косились на нас и что-то активно обсуждали. Потом от их плотной кучки оторвался один, самый худой и стеснительный. Почему они отправили мириться с нами именно его, было непонятно… Возможно, это был тонкий расчёт. Они решили, что ему-то мы точно не сможем отказать в перемирии. Он шёл и размахивал коричневым клетчатым мужским носовым платком.
 
– Я парламентарий – сказал Игорёк, и вот наши Условия Договора,– он протянул нам помятый листок в клеточку.
 
– Не парламентарий, а парламентёр! – уточнила Наташа, самая старшая из нас, – и что у вас там за Условия?
 
Мы обступили его, а Игорь начал зачитывать пункт за пунктом то, что мы не должны вредить им в их мальчишеских играх, а они тогда перестанут ломать и грабить наши тайники. А в качестве бонуса или идя нам навстречу, мальчишки обещают показать нам свои сокровища, которые не идут ни в какое сравнение с нашими малюсенькими Секретиками…
 
Конечно же, мы заинтересовались.
 
Вот теперь, объединившись, мы стояли плотным кружком и, вытянув перед собой, в центр круга, каждый одновременно свою правую руку, торжественно клялись никогда и ни при каких условиях, никому на всём Белом Свете, не рассказывать о том месте, где скрыты Сокровища Семерых. Так мальчишки называли место, где впервые обнаружили то, что сейчас собирались показать нам, шести слегка перепуганным от таких новостей, девочкам…
 
Кто-то непрестанно дергал свои косички, чтобы как-то скрыть своё волнение, кто-то ёрзал на скамейке…
 
– А чего мы тогда ждём? – сделав шаг вперёд, спросила я, на правах самой обиженной девочки. Ведь, мой-то Секретик был самым ценным и продержался дольше других…
 
– Вот, держи, Янка, твои вещи, – сказал Славик и протянул мне мешочек с перепачканными бусинками и маминой позолоченной брошкой.
 
– Уфф! – с облегчением вздохнула я, успокоившись, что теперь-то точно мне не достанется от мамы, за то, что я опять без разрешения взяла её памятные вещи…
 
– Надо подождать до шести. Тогда закончится рабочий день, – ответил на мой вопрос Мишка.
 
– У кого он закончится? – спросили мы нестройным хором.
 
– Потом сами всё увидите, долго рассказывать, а пока, давайте в войнушку поиграем, – ответили они.
 
И мы, взявшись за руки, длинной шеренгой, в ногу, пошли в наступление на Полынное поле, чтобы найти и обезвредить новых вражеских лазутчиков, которые обязательно должны были появиться после обильного, недавнего грибного дождя…
 
Пройдя до конца поля, мы ничего не нашли, кроме старой, дохлой кошки, которая до сих пор ещё сильно воняла, а вокруг летали большие, блестящие мухи. Я предложила похоронить её. Все согласились. Мы нашли старый, плотный, бумажный мешок из-под сахара и, осторожно, палочками и прутиками засунули кошку в него. Потом вырыли ямку и столкнули туда несчастное животное. Сделав из веток что-то наподобие креста, воткнули его в земляной холмик и, сказав:
 
– Покойся с миром, кошка! –
 
Мы отправились, наконец, искать, вернее, делить уже найденные, но теперь на тринадцать душ Сокровища Семерых…
 
 
В то время дома строились очень медленно. А вот строительство нашего Дома Культуры считалось не просто долгостроем… Оно било все рекорды по срокам его возведения. Шёл уже пятнадцатый год с начала строительства. Десятки бригад успели побывать за это время на том месте. В результате был построен большой, в три этажа Дворец или Дом Культуры. Там была возведена и крыша, и лестничные пролёты. И даже окна были застеклены… Оставалось только провести отделочные работы. А с ними произошла какая-то задержка. Поэтому строители то появлялись, то вновь исчезали на целые месяцы…
 
Мальчишки издалека наблюдали: если на стройке было какое-то движение, старались уйти незамеченными, чтобы никто из взрослых не заметил их тайный лаз, через который мы теперь и попали на второй этаж Дома Культуры. Мальчишки провели нас в огромное, очень светлое помещение. На стенах были сделаны импровизированные вешалки или крючки для одежды. На некоторых висели тёмно-синие рабочие комбинезоны. Повсюду валялись старые перчатки, и даже лежала защитная, ржавая маска для сварочных работ.
 
– Чего это? Вот это и есть ваши Сокровища? – спросила нетерпеливая Алёнка.
 
– Тише ты! – шикнул кто-то из ребят.
 
– Вдруг уже сторож пришёл… Мы и сами случайно всё обнаружили. Понимаете, здесь у них, наверное, есть и всегда была раздевалка. А когда рабочие торопятся, то даже не обращают внимания на то, что из карманов мелочь какая-то высыпалась. Может и не слышно, – сказал Санёк.
 
 
Мы огляделись… На полу толстым слоем лежали мелкие щепки и старые рыхловатые опилки. Игорь прямо руками начал шарить у себя под ногами. Тогда мы увидели… Конечно, это были не пиастры и тугрики…
 
Среди мелких щепок, стружки и опилок лежали просто кучки мелочи: полтинники, пятнашки, десятники и пятаки. На копейки никто даже не смотрел.
 
– Ух, ты! – почти одновременно воскликнули мы, потрясённые зрелищем, а особенно, той щедростью, которую проявили пацаны, решив поделиться с нами своим недавно найденным и почти нетронутым богатством…
 
Мы набили полные карманы мелочью, мысленно представляя, сколько всего вкусного и замечательного можно купить на эти деньги. Кто-то ещё продолжал поиски. Зал был просторный, и не нужно было толкаться, каждый исследовал свой, собственный кусочек от Поля Чудес. Я почему-то вспомнила Буратино и, посмотрев с опаской в окно, сказала:
 
– А если у нас местные, большие мальчики деньги отнимут?
 
– Не бойся. Во-первых, никто про это не знает. А во-вторых, нас много и мы пойдём все вместе. Только деньги эти сразу тратить нельзя. Будем постепенно, каждый день что-то покупать. А то родители чего-нибудь заподозрят. Решат, что мы их украли или, чего хуже, кого-то ограбили, – сказал Мишка.
 
Все, молча, согласились.
 
Когда мы вернулись в свой двор, кого-то из ребят уже давно разыскивали обеспокоенные родители. Мы разбились на небольшие кучки и, прихватив забытые на детской площадке скакалки и мячи, отправились по домам, прятать в коробки из-под монпансье или печенья найденные деньги.
 
Тщательно отмыв руки, и стряхнув c платья прилипшие опилки, я вбежала в кухню и заявила, что страшно проголодалась и могу съесть хоть что, даже молочный суп-лапшу.
 
– Милая, а что ты так сияешь, как начищенный пятак? – спросила мама.
 
Я, вся вспыхнув, словно боясь, что мама уже обо всём догадалась, брякнула что-то такое, что первое пришло в голову:
 
– Мамуль, а я твою старинную брошку, наконец-то, нашла. Только её надо немного почистить и всё!
 
– Ну, вот и хорошо! Тогда давай, кушай скорее, пока аппетит не пропал. Сегодня я твои любимые ватрушки с творогом испекла. И какао наливай, – сказала мама, ставя тарелку со свежими щами перед отцом.
 
– А я тоже суп хочу! – возмутилась я.
 
– Светопреставление какое-то! Дочь суп попросила! – удивилась мама…
 
После ужина, проверив, что мой тайник никто не нашёл, я улеглась спать, мечтая о том, как завтра вместе с Катюшкой, мы пойдём в магазин…
 
Я представила, что обязательно спрошу в киоске, не появились ли новые наборы для филуменистов*. Мне не терпелось скорее пополнить свою большую коллекцию. Ну и пускай, брат считает её дурацкой и совсем неподходящей для девочек. Я знала, это он просто завидует, что у меня есть такое увлечение, а у него нет. Ведь у брата ни на что не хватает терпения.
 
Я думала и постепенно засыпала, грезя о вкусных булочных зверушках, но это будет уже совсем другая, новая история!
 
История про магазин…
 
10.08.2010
 
_____________________________________________
 
Филумениия* — коллекционирование спичечных этикеток, коробков, буклетов (спичек-книжечек), самих спичек и других предметов, связанных со спичками. Коллекционеров спичечных этикеток и т. п. называют филуменистами.
 
Кроме двух повестей в лауреатский сборник вошли рассказы и немного мистики. Я постаралась сделать книгу яркой и настояла на использовании фотографии из семейного архива для первой обложки, включила 12 своих рисунков, в качестве иллюстраций для «Секретиков» и «Чёртовой Башни».
 
А вообще эта книга уже третья! Ведь совсем недавно, в сентябре 2014 года, в свет вышел второй поэтический сборник «Из осени в лето кочующий странник», замечательное Предисловие к которому очень любезно согласился написать Олег Жданов!!!
 
Так что, по сути, я работала сразу над двумя книгами: стихи и проза.
 
Всё как в жизни.
 
2014 год был для меня и «оскароносным», я имею в виду и Премию, и признание, но и очень горьким…
 
На какое-то время тяжёлая болезнь отправила меня на скамейку запасных.
 
Мир окрасился в чёрно-белые цвета:
 
двенадцать...
 
Какой чудовищный хрип. Хрип вырывается из полуоткрытого рта через короткую синюю трубку и почти оскорбляет вернувшийся слух. Мой собственный хрип и мой собственный слух. Только тогда открываю глаза.
 
Кажется, мне рады… Что-то спрашивают. Какая разница что? Пытаюсь ответить, и трубка исчезает. Горло саднит. Кашлять больно. Рука интуитивно придерживает живот. Больно. Боль возвращает память…
 
И всё-таки интересно, почему дома совсем не хотят цвести, а в палате на обычном больничном подоконнике неправдоподобно пышно цветёт белоснежная орхидея? Я думаю об этом, чтобы оттянуть момент и стараюсь игнорировать уже вернувшиеся мысли о том… О том, как я оказалась здесь. Как не сойти с ума, если эти мысли как рой растревоженных пчёл пытаются ужалить и сделать больнее. Двенадцать дней, долгих двенадцать дней ожидания. И я узнаю.
 
Шевелю пальцами, смотрю по сторонам… Над головой табло. Быстро меняются цифры… Сто пятнадцать, семьдесят шесть… Восемьдесят.
 
Сто двадцать пять, девяносто… Левую руку сжимает и шипит автоматически включающийся тонометр. В вену правой руки по каплям стекает прозрачная, прохладная жидкость. Просто какая-то жидкость. Какая разница!
 
Целых двенадцать дней… «Богородица Дева, радуйся! Благодатная Мария, Господь с тобою! Благословенна ты в жёнах…»
 
Обречённо неподвижное тело,
 
Застывшее брошенной сломанной куклой
 
Лежит на каталке… Наверное, я.
 
А в горшке на окне так неправдоподобно
 
Цветут орхидеи …
 
И солнце такое яркое, весеннее бессильно
 
Ломает светлые лучи, споткнувшись о стекло…
 
И собственный хрип пугает, возвращая боль.
 
Сто пятнадцать на семьдесят шесть…
 
18.02.2014
 
Вернувшись в строй, я задумала написать роман. Роман, в котором каждая глава – это попытка сломать какой-нибудь стереотип. В нём будет много странного, мистического… Много говорить не буду. Просто приведу одну главу:
 
глава пятая
 
Дореми
 
С Дореми мы познакомились в сентябре две тысячи восьмого, нам было по двадцать три года и мы пришли на первый урок композиции первого курса вечерней художественной школы. Дореми – очень красивый молодой человек, одет был в белый свитер с рельефным узором «косичка», который самым беззастенчивым образом только подчёркивал его природную привлекательность. Я, сидя чуть правее и позади остальных у окна, бесцеремонно рассматривала собравшихся, то и дело, возвращаясь и любуясь крупными шоколадными кудрями незнакомого парня. Дореми спиной почувствовал мой цепкий взгляд, встал и, передвинув стул, сел со мной рядом. Так началась наша дружба.
 
Именно дружба.
 
У нас совпадали вкусы и привычки. Всё, кроме одного…
 
Дореми оказался законченным романтиком и однолюбом. Его первая любовь, девушка с редким именем Кира, давным-давно уехала из их родного Хабаровска, когда Дореми было шестнадцать, даже не подозревая о чувствах молодого человека. Какое-то время он пытался найти её в сети и не терял надежды, но пока это не принесло никаких результатов. Девушка словно испарилась… Возможно, конечно, просто вышла замуж и сменила фамилию, или вообще пользовалась каким-нибудь странным ником.
 
Да и Дореми она знала под другим именем…
 
Когда его родители – молодые хирурги, работавшие в клиническом центре онкологии, ждали первого ребёнка, они просили Бога об одном:
 
– Господи! Пошли нам девочку. А имя мы ей уже придумали. Мы назовём её Софьей! Боже, ведь ты не допустишь крушения наших надежд. Да и нет у нас для мальчика никакого подходящего имени! Разве только: Дормидонт!
 
Наверное, Бог не услышал их молитвы, или у него были совершенно иные планы… Или же он воспринял обращение будущих родителей как вызов и таким образом пошутил сам. Можно, конечно, допустить, что это имя ему просто пришлось по душе…
 
Но в положенный срок, вопреки всем ожиданиям и надеждам, родился крепкий здоровый малыш. Мальчик. Красивый темноволосый мальчик!
 
Родителям Дореми ничего не оставалось, как трижды кивнуть в знак согласия, когда повидавшая многое на своём веку пожилая сотрудница ЗАГСа трижды повторила свой вопрос, облекая его в различные слова:
 
– Очень необычное имя… Греческое. Старинное. Мне так и записать: Д-О-Р-М-И-Д-О-Н-Т?
 
– Именно, – ответили, ничуть не смущаясь, молодые родители.
 
– Это в чью-то честь? – поинтересовалась регистратор, но уже безо всякого энтузиазма в голосе.
 
– Это условие Договора, – не сговариваясь, и одновременно произнесли непреклонные молодые люди.
 
– Договора? Интересно-интересно… А знаете, вчера тоже мы тут регистрировали очень редкое имя. Конечно, не такое благозвучное, как ваше. Представляете, мальчика назвали Нестором! Итак, мы запишем – Дормидонт? – последний раз уточнила добрая женщина.
 
– Да-да! – закивали родители.
 
Дореми повезло. Когда в первом классе школы номер девятнадцать проходила перекличка, то кроме его редкого имени назвали ещё с десяток похожих: Захар, Севостьян, Илья, Кирилл, Василий, Григорий…
 
Поэтому не было у мальчика проблем с прозвищами. Никто особо и не придавал значения необычности его имени, которое имело свою историю, притом довольно красивую.
 
Первый раз молодой человек всерьёз задумался, не сменить ли ему имя, когда подавал документы на физический факультет университета. Молодая девушка из приёмной комиссии не смогла с первого раза даже просто повторить его, основательно не исковеркав.
 
В двадцать лет Дореми получил новый паспорт, где было записано:
 
Дориан Всеволодович Купер.
 
Когда Дориан поведал мне всю эту историю, я, вспомнив своих родителей, уже не считала, что их эксперимент был таким уж жестоким… У родителей Дормидонта были куда более изобретательные мозги.
 
Поэтому я придумала ему другое, короткое имя: Дореми. Получилось как-то очень музыкально, да он к нему почти сразу же привык. А поскольку теперь мы были ещё и причастны к высокому искусству, то, будучи, например, в хорошем расположении духа, я иногда называла Дореми Греем. По аналогии с Дорианом Греем…
 
Во всяком случае, его акварельный портрет, написанный мной на третьем курсе художественной школы, висит теперь в огромной прихожей Дореми на левой от входа боковой стене прямо над большим чёрным кожаным диваном и отражается ещё и в стёклах шкафов-витрин, стоящих вдоль противоположной стены.
 
Преподаватели часто просили Дореми позировать. Время от времени он соглашался посидеть на уроках живописи и потом, когда обучение в художественной школе осталось только в наших воспоминаниях.
 
В Дореми меня всегда восхищала его какая-то жертвенность, или желание быть полезным. Редкое качество в наше время. В нём мне нравится всё. Абсолютно. Я уже привыкла и к некоторым его странностям. Мне даже начинает казаться, что это исключительно его изюминки.
 
Вообще, великое счастье иметь в друзьях человека, который думает, так как ты и может в глаза сказать о том, что накипело, не ища предлогов, чтобы увильнуть от не всегда удобного разговора.
 
Дореми я доверяю безоговорочно.
 
Поэтому о своих долговременных планах и сиюминутных желаниях сообщаю по мере их созревания…
 
Теперь, стоя уже с уличной стороны дверей общежития, я позвонила ему и сказала, что ночевать дома не могу.
 
– Что-то случилось? – спросил Дореми.
 
– Там кошмар… Расскажу, когда приеду! Чего-нибудь выпить есть? – упавшим голосом прошептала я.
 
– Весь бар в твоём распоряжении! – ответил Дореми…
 
_________________________________________________________________
 
***
 
Из дневника Евы:
 
23 апреля 2000
 
Воскресенье
 
Кто придумал этот Одиго?
 
Одни придурки в сети!!!
 
Таська, не будь такой занудой, выпроси у отца
 
новый комп. на День рождения!
 
Пятнадцать лет – это вам не шуточки…
 
Мама подарила мне платье, настоящее американское
 
от Victoria’s Secret!
 
Такое нежное, кремовое с мелкими розовыми цветочками!!!
 
Там пятнадцать перламутровых пуговиц сбоку для красоты…
 
УРА!!!
 
(продолжение следует…)
 
Vselennaja # 2 апреля 2015 в 09:37 +4
Понравилось.Легко читать и словно ни какой непогоды,светло.Яночка поздравляю вас с новым издании книги.
Яна Варшавская # 3 апреля 2015 в 17:05 +2
БЛАГОДАРЮ Вас!!!

Слава # 3 апреля 2015 в 23:59 +2
Яночка, сердечно поздравляю вас с очередным творческим успехом!
Яна Варшавская # 4 апреля 2015 в 11:27 +1

Слава!
БЛАГОДАРЮ!!!

Vselennaja # 7 апреля 2015 в 18:18 +2
Яночка спасибо большое за цветы,и поздравляю  с благовещением.Яна !Сколько тебе пожелать счастья-пусть будет столько сколько вместит твоя душа.
Сколько подарить тебе радости?-Пусть все стены ломятся от хохота,радуйся тучке,радуйся ,радуйся и людей радуй своими работами.Заходи в гости везде где я. dance
Яна Варшавская # 8 апреля 2015 в 06:23 +1
smile
Яна Варшавская # 7 апреля 2015 в 10:30 +1


А книга выглядит вот так...  smile
Сибирячка # 2 апреля 2015 в 11:05 +5
Такое тонкое перетекание детского опыта во взрослую позицию. Действительно: все мы родом из детства. Читается легко, рассказы приятно возвращают в пору " секретиков" . Спасибо, Яна! С новой творческой победой! Ждем продолжения.
Яна Варшавская # 3 апреля 2015 в 17:02 +3
Галина!
Невероятно радостно знать, что "Секретиками" болели многие девочки той поры и,
что до сих пор хранят в своих самых дорогих воспоминаниях мгновения того
безмятежного счастья!
С искренней признательностью и теплом,
Яна.

Мягков Александр # 2 апреля 2015 в 16:40 +3
"Детство дарит нам Секретик: в ямке – битое стекло,
бантик, брошка и билетик – всё, что под руку пришло…"Спасибо,Яна!Поздравляю Вас с Секретиками!С каждым годом мы всё дальше от их разгадки....Ведь только в детстве мы точно знаем,что значит обёртка от жвачки под синим бутылочным стеклом!Творческих Вам  Успехов и Вдохновения!!!!  v
Яна Варшавская # 3 апреля 2015 в 16:58 +2
Да, уж!!!
Было ДЕТСТВО!!!
Александр, СПАСИБО огромное за пожелание и внимание к моему творчеству!

Мягков Александр # 3 апреля 2015 в 17:02 +3
Ой, на меня похож! Яна, за слоника отдельное мерси! v
Яна Варшавская # 3 апреля 2015 в 17:03 +3
joke
Дядя Витя # 3 апреля 2015 в 16:43 +4
Соня и Тамара? А с этими девочками я уже знаком, правда заочно, благодаря им у меня появились два стихотворения, которые так и называются Софии и Тамаре... А ещё у меня есть две замечательные книжки Яны! И я просто счастлив, что на нашем портале есть такой удивительный Автор, который вместе с рассадой на подоконнике взращивает ростки будущей Русской литературы. Про "Войну и мир" и "Путешествие из Петербурга в Москву" книжки уже всем оскомину набили, хочется какой-нибудь Лирики. А это как раз к нашей Яне! Вот такой маленький, но ни для кого уже не секретик нашего сайта! С теплом, Дядя Витя.
Яна Варшавская # 3 апреля 2015 в 16:54 +4
Виктор!
Мне очень приятно, что ты с таким теплом говоришь... до сих пор не могу привыкнуть,
что это про меня...  smile
Я в жизни довольно скромный человек. И, конечно, счастлива, что могу почти на равных
общаться с нашими дорогими, замечательными Авторамии Дома Стихов!!!
Спасибо, Вик!

leostar11 # 3 апреля 2015 в 19:12 +5
Яна, с удовольствием поздравляю Вас с блестящим успехом – выходом новой книги под интригующим названием "Секретики"!
Есть уже банальная фраза: талантливый человек, талантлив во всем. Но с Яной именно так и есть: она пишет замечательные стихи и прозу, а еще и прекрасно рисует!
Желаю Вам счастья, здоровья, удачи, неиссякаемого вдохновения и незатухающей радости творчества!
Выход книги, это как рождение ребенка, в этом смысле можно только пожелать Вам стать заслуженной Матерью-героиней! smile

Внимательно смотрю я на портрет,
Ищу с пристрастием изъяны,
Мой бог, не нахожу! Их просто нет
У нашей, у Варшавской Яны!

smile
Яна Варшавская # 4 апреля 2015 в 10:36 +2
Леонид!!! Доброго утра!

(моя чашечка кофе для Вас!)

Спасибо Вам огромное... Смутили право.
Благодарю Вас за роскошные комментарии, которые Вы оставляете под моими стихами,
а потом они плавно перетекают в самые романтические диалоги...
Так рождаются новые стихи... smile
Это очень приятно!

Ах, Лео, буду честной до конца...
И, видит Бог, на то свои причины.
Известно всем: :"Воды не пить с лица!"
Но ведь... другого мнения мужчины!..
septembеr # 3 апреля 2015 в 19:54 +4
Яна от души поздравляю с творческим успехом и выходом книги! Удачи Вам и успехов! v
Яна Варшавская # 4 апреля 2015 в 10:49 +2
СПАСИБО огромное!
И, конечно, всё взаимно!

гюргий # 3 апреля 2015 в 22:02 +4
Я инда захмелел. Не в поисках изъяна.
От строк о детских днях. Спасибо, Яна!
Яна Варшавская # 4 апреля 2015 в 11:05 +3


МелкАми рисуй на асфальте
Стрелою пронзённое сердце,
Страну Гваделупу на карте
Открой беспокойное детство!

На прочность попробуй сосульку
И шарф одолжи снежной бабе…
Акации жёлтой свистульку
Оставь мне на добрую память…

Юрий! Спасибо Вам!

Алексей Бриллиантов # 3 апреля 2015 в 22:16 +4
Яна, тёплое излучение, каким наполнены не только Ваши строчки, но неким странным образом и само Ваше появление, участие, комментарии и т.д., и т.д., всё, что связано с явлением Яны Варшавской,- невозможно не ощущать. Радуюсь Вашему успеху и поздравляю от Души. С искренним почтением, А.Б.
Яна Варшавская # 4 апреля 2015 в 11:24 +3
Алексей!
Мне приятно... Правда! И я воспринимаю Ваши слова, как щедрый и волшебный аванс...  angel
Очень постараюсь соответствовать...
С искренней благодарностью!

Лада # 3 апреля 2015 в 23:55 +3
Рада за вас Яна!
Яна Варшавская # 4 апреля 2015 в 11:13 +2

Благодарю, Лада!

Яна Варшавская # 4 апреля 2015 в 11:29 +2

МОИМ ДРУЗЬЯМ!!!

Людмила Денисова # 4 апреля 2015 в 21:23 +2
Яна, читаю Ваши "Секретики, и всё как-будто из моего детства. Спасибо Вам!
Яна Варшавская # 4 апреля 2015 в 21:45 +2
Людмила,
спасибо Вам за тепло и Ваш замечательный отклик...
И, можно я приведу ещё одну главу...




                                                                  глава восьмая

                                                           Платье или Закон сравнения


       Рассказывая о наших детских играх и забавах, я упомянула о их некоторой жестокости, но при этом вовсе не имела в виду какие-то умышленные, злостные проявления этой самой жестокости…  Дело в другом.  
       Лучше всего это объяснить на каком-нибудь конкретном примере…  
Да взять хоть бы тот факт, что, проснувшись, я обнаружила на спинке стульчика, стоящего в моей комнате, новое платье. Платье это – не только новое, оно тогда было ещё и самое долгожданное.  Подарил мне его мой крёстный, три года тому назад. Тогда это платье оказалось не просто на вырост, оно было длиною почти до пят…  
       Время от времени, я открывала ящик комода, доставала его и, примерив в очередной раз, убеждалась, что ещё не доросла. Со вздохом сложив платье обратно, забывала о нём, но не надолго.  
Это самое платье, по моим детским понятием, было настолько красивое, что одеть его в первый раз полагалось на какой-нибудь большой праздник или семейный выход в Парк Культуры и Отдыха, например.  Или на день рождения. Прикинув, что сегодня не выходной, и в Парк никто идти не собирается, я пошла на поиски мамы, чтобы спросить, а вдруг она что-то всё-таки напутала…
Я заглянула в спальню, потом в зал, на кухню. Но даже там мамы не оказалось…  Всё. Значит, уже точно, ушла на работу. Дома кроме меня, был только Володька, но он крепко спал.
       Как была после сна, в майке и трусиках, я вышла на балкон, чтобы посмотреть во двор.
Интересно, играет ли хоть кто-то на улице? Тайно надеясь, что погода сегодня плохая, и все сидят по домам… Не успела я даже выглянуть как следует, меня сразу заметили, и размахивая руками, стали звать во двор:
– Ты чего так долго спишь, а?
– Никто не разбудил, – ответила я, – Сейчас, только оденусь и брата разбужу, а то у нас, как всегда, один ключ на двоих.
Вздохнув, я причесалась. Собрав волосы аптечной резинкой в высокий «конский хвост», я надела платье, белые носочки, сандалии. Захвалила даже чёрную, маленькую сумочку на длинной, толстой верёвочке.

       Когда я вышла из дверей нашего подъезда, яркое летнее солнце, словно десятки софитов, осветило меня. Его лучи, прикоснувшись к белейшей, в крохотный чёрный горошек ткани моего платья, отражались, вызывая какое-то невиданное свечение. Все просто ахнули. Мальчишки стояли, разинув рты, и на время потеряли способность соображать.  


       В этот самый, краткий, но ослепительный миг моего выхода, я была похожа, по их представлениям, если не на Ангела, то на Фею или Принцессу, как самое малое…  Девчонки лишь поджимали и покусывали губы. Я не ждала такой реакции, и чтобы как-то разрядить обстановку, предложила во что-нибудь поиграть.
– Вот интересно, во что с тобой теперь играть-то можно? Ещё перепачкаешься вся, а потом тебе же от мамы и влетит, – сказала Вероничка.
– И зачем это ты так вырядилась? – продолжала ехидничать Наташа.
– Да что вы пристали к Янке? Может, ей мама велела это платье надеть, – вступился за меня Алёшка Балабушко, в глубине души надеясь, что после этого я его больше замечать стану.
– Мне что мать оставит на спинке кровати, то я и надеваю, – продолжал оправдывать меня Лёшка.
– А чего это ты её так  выгораживаешь?  Интересно, влюбился, что ли, а? – не унималась Вероничка.
– Да, хоть бы и так! Тебе что, завидно? – совсем насмелившись, кричал Алёшка.  
И чему удивляться… Он ведь, уже к отцу свататься приходил, так что бояться поздно.
– А ты, Янка, почему молчишь?  Может, ты в гости собралась? – предположил Игорёк.
– И никуда я не собралась, – ответила я, – Просто, ничего другого не нашла, вчерашнее моё платье в стирке, а другое в полоску – всё выгорело…
– А с листиками, с ним-то что? – поинтересовалась Алёнка.
– Фу! Оно совсем маленькое стало, под мышками жмёт, – ответила я.
– Понятно! Ладно, хватит уже допросы устраивать. Поиграем в «классики»? – предложила Катюшка.
       Мальчишки, тем временем, уже очертили круг на земле и играли в «ножички». А мы последовали за Катюшкой.

       Но это была лишь первая половина нашего дворового Закона сравнения, когда вычленяется инородный элемент, находятся подходящие, хоть бы и самые слабые доводы, в защиту отбившегося от основной массы, заблудшего отщепенца… На этой стадии, ты уже включён в игру, но всё равно ещё не стал одним из них…
Дальше Закон срАвнения как-то плавно трансформируется в Закон «срОвнения». То есть, всё произойдёт само собой, но конечная, вполне осознанная цель – сделать так, чтобы опять всё стало как всегда… Чтобы никто не выделялся настолько, насколько осмелилась я в этот злополучный день!
Попрыгав по клеточкам на асфальте, поскакав на одной ножке  через скакалку и, даже посидев на песке в малышовой песочнице, я с восхищением отметила про себя, что платье до сих пор чистенькое.
– Ну и скукотища! – сказала Наташа.                                                                            

– А давайте, пойдём, посмотрим, может, наши канавы уже зарыли, или новые сделали? – предложил Славик.
– Что-то не хочется, –  предчувствуя недоброе, робко возразила я.  
– Точно-точно! Пошли! – подхватили все, радуясь возможности помесить глину рядом с недавно вырытыми, глубокими траншеями между двумя дворами, нашим и расположенным по диагонали от Полынного поля ближайшим, соседским.

       Никто из нас не знал для чего, для каких сооружений были сделаны эти рвы, глубиной чуть больше двух метров и шириной не меньше полутора, но интерес к ним периодически просыпался.  Поэтому мы, бросив скакалки и велики, отправились смотреть на траншеи, в уме прикидывая, какой ещё толк может быть от этого похода.
       Когда мы подошли ближе, то заметили, что кто-то в нескольких местах положил широкие доски, чтобы не обходить канавы, а напрямую идти к дому, заметно сократив путь.
– Здорово! – сказал Мишка.
– Может, попробуем перейти по ним? Как раз дойдём до соседнего двора и посмотрим, повесили или нет корзины на щитах баскетбольной площадки, – предложил кто-то из старших ребят.
– Вот ещё! Нас оттуда сразу выгонят, а вас побьют, – заключила Вероничка.
–Ну и оставайтесь здесь! А мы пойдём, правда же, мужики? – сказал Славик, и они, с легкостью перебежав надо рвом по доске, отправились в соседний двор.
– Смотрите, а досточки-то, такие гладенькие и широкие, может, попробуем тоже перейти, – предложила Наташа.
– Ну и зачем? – спросила я.
– А за тем, чтобы мальчики не хвастались, что они ходили, а мы струсили, – ответила она.
       Девочки по очереди и, даже одна за другой, стали ходить над глубоким рвом, а потом, потеряв к нему интерес, предложили осторожно убрать доски, чтобы эти «предатели» - мальчишки обратно возвращались в обход, по длинному пути.
Я сказала, что это нечестно, и не собираюсь им в этом помогать.
– Тогда отойди и не мешайся! – сказала Вероничка и нечаянно задела меня доской.
Глина была скользкая и липкая. Я не удержалась и, потеряв равновесие, соскользнула прямо в этот глубокий ров…

       Нет, я не ушиблась, не сломала себе ничего, даже не поцарапалась…
Я просто искупалась в этой жёлтой, глиняной жиже. В канаве после дождя скопилась грязная вода и, упав в неё, я приземлилась ровно на её дно, ещё и обрызгавшись вся, с головы до ног.

       Что ж – это и был Закон сравнения в действии!  
Теперь-то точно, никогда-никогда моё новое платье не будет таким красивым, каким было всего несколько часов назад!
А что я скажу маме?  
Я горько плакала, сидя в ужасной, холодной луже, даже не пытаясь выбраться наружу…
       Тем временем, девочки уже позвали моего отца и привели его на «место трагедии».  Я заплакала ещё сильнее, когда папа бросил мне конец толстой верёвки и велел выбираться, опираясь о стенки рва. Когда я вылезла, он накинул на меня большое полотенце и, взяв на руки, отнёс домой.
       Никто меня даже не упрекнул и не наругал в тот вечер…
Мама искупала меня в тёплой ванне, надела на ноги шерстяные носки с горчицей и уложила спать. Я очень долго не могла заснуть, думая о том, почему самые любимые вещи слишком быстро портятся, или ломаются, совсем не оправдывая наших ожиданий…
А мама, взяв иранский порошок «Дарья», бережно, сначала в холодной, а затем в тёплой воде стирала, пытаясь спасти моё убитое платье.  


13.08.2010
Болев # 5 апреля 2015 в 00:37 +1
А УСПЕХА у автора в детстве, видимо, не случилось, чтобы теперь относиться к нему, как к "самому вычурному и страшно дорогому платью" :)
Яна Варшавская # 5 апреля 2015 в 18:05 +4
Видимо, автор Болев был настолько УСПЕШЕН в детстве, что теперь ему приходится довольствоваться лишь остатками былого, болезненно воспринимая любую другую талантливую личность... :)
Наталия Матвеева # 5 апреля 2015 в 21:02 +3
Яночка! С удовольствием прочитала представленные здесь фрагменты книги. Тепло от них. Спасибо!
От души поздравляю Вас и желаю успехов!

Яна Варшавская # 6 апреля 2015 в 08:57 +2

Наталия, благодарю Вас!
И Вы примите мои самые искренние пожелания счастья, творческого везения и
новых идей! Любви и добра!

Душа # 7 апреля 2015 в 00:35 +2
Как важно не забыть в себе детство...
Спасибо, Яна.
Успехов Вам дальнейших желаю от всего сердца!
Яна Варшавская # 7 апреля 2015 в 10:20 +2

Душа, благодарю Вас!!!

Полина Закс # 9 апреля 2015 в 17:10 +3
Очень светло, замечательно! Трогательная обложка.
Яна Варшавская # 10 апреля 2015 в 06:03 +3

Полина,
спасибо Вам за роскошные цветы и Ваше тепло!!!

P.S.
Мальчик с машинкой – мой брат, Володька...  smile
Лора Лета # 13 апреля 2015 в 19:30 +3
ЯНОЧКА, ПОЗДРАВЛЯЮ С ВЫХОДОМ НОВОЙ КНИГИ!!!
РАДОСТИ ВАМ И ВДОХНОВЕНИЯ!!!
Яна Варшавская # 14 апреля 2015 в 09:05 +2

Лора!!!
Мне очень приятно!
Счастлива иметь таких замечательных и чутких друзей!
Огромное спасибо за пожелание, очень-очень тронута!
Лорочка, в свою очередь, желаю Вам самых светлых и тёплых
дней в Вашей жизни! Любви Ваших близких и новых творческих
высот! Пусть рождаются самые проникновенные и красивые стихи!

С признательностью,
Яна.

Нежное лето # 16 апреля 2015 в 14:33 +2
Прочитала с удовольствием! Спасибо, милая Яна! Желаю новых творческих успехов, вдохновения, радости и любви! Роскошной весны Вам, полной нежности и тепла!
Яна Варшавская # 16 апреля 2015 в 18:42 +1

Спасибо огромное, Алеся!!!

Татьяна Бальсене (giriusa) # 19 апреля 2015 в 21:30 +4
Как много в мире красивого и удивительного. Как хорошо, что мы встретились в Доме стихов!  Яна, рада за Вас! Присоединяюсь к поздравлениям друзей домочадцев! Будьте счастлива! Успехов! Примите в подарок букетик весенних ландышей.
Яна Варшавская # 20 апреля 2015 в 09:42 +2

Мне очень приятно, Татьяна!!!
Обожаю ландыши...

smile

Спасибо за пожелания и, конечно же, всё взаимно!
И Вам, Татьяна, всего-всего самого доброго и, чтобы Вы по-прежнему радовали
всех нас новыми стихами и неравнодушными, щедрыми отзывами!

С теплотой!

Renata # 30 апреля 2015 в 18:27 +2
Яна, так приятно вместе с Вами окунуться еще раз в детство, поиграть в столь знакомые и дорогие детские игры) еще "Колчеко" и "названия кинофильмов" были)  оттого и язык Ваших рассказов легок, интересен и доверителен ,что не забыли те неповторимые ещущения и эмоции, которыми так богато наше детство) не каждому это дано...
а вот за эти строки - отдельно спасибо...особенно последнюю ремарку! даже не представляете, насколько это точно(т.е. конечно, представляете, просто это я от избытка восторга:)
все наши привычки, какие-то уникальные способности, черты характера, всё это закладывается в раннем детстве. А потом либо мешает, либо помогает жить.
от души поздравляю Вас с выходом книги! Пусть будет не последняя и радует читателей, возвращая счастливые минуты жизни)
Яна Варшавская # 2 мая 2015 в 10:30 +3


Рената,
очень приятно, что Вам, как и мне близки воспоминания о детстве,
несмотря, на то, что оно было не всегда безоблачным... Но наши детские
чистые сердца бились в унисон! И у нас было нечто объединяющее и
до сих пор позволяющее вспоминать о нём, как о самом дорогом и
светлом отрезке нашей жизни!
Спасибо Вам огромное за Вам замечательный отзыв!
С теплом и любовью,
Яна.
Яна Варшавская # 2 мая 2015 в 10:35 +3

Дорогие друзья!!!
Искреннее спасибо вам за тепло и ваши неравнодушные отклики!

Renata # 2 мая 2015 в 19:26 +2
Яна Варшавская # 3 мая 2015 в 10:29 +1
smile  smile  smile
Дядя Витя # 2 мая 2015 в 13:21 +2
От всего нашего дружного Дома Стихов нашей замечательной Яне вот этот скромный букетик...

Яна Варшавская # 3 мая 2015 в 10:31 +1
smile  smile  smile
Мирошникова Ирина # 31 мая 2015 в 00:52 +2
Яна, примите и мои поздравления с выходом книги. Это так важно для автора! Успехов Вам.
Яна Варшавская # 1 июня 2015 в 09:52 +2

Ирина, очень благодарна Вам за поздравления!
С признательностью и теплом!