Всё в этом мире от скуки, от скуки...

19 января 2012 - Евгений

Всё в этом мире от скуки, от скуки…
 Чуб теребящие тонкие руки,
И приводящие в трепет движения,
Словно по краю, по краю скольжение…

Вот и ответные ласки партнёра
С лёгкой щекоткой ушного узора,
Ноздри дрожат от волшебного запаха,
Щёлк – отлетела блестящая зАпонка…

Рук перекрестья и жар лобызания,
Сомкнутость век, распалённость сознания,
Лёгкость, воздушность, податливость тела,
Волнам желания нету предела…

Миг и финал – наслаждения звуки,
Всё в этом мире от скуки, от скуки…

Рейтинг: +1 Голосов: 1 417 просмотров

Поделиться с друзьями:

гюргий # 19 января 2012 в 11:45 0
Написано интересно. И тема эротическая всё чаще появляется на сайте. Я эту тему в стихах пока не отражал, а в прозе - случалось. Не могу согласиться, что всё в этом мире от скуки, на мой взгляд - больше от любопытства. Вот мой вариант эротического произведения.
Бабье лето или секс по телефону
Началась эта история весной с того, что я оказал услугу одной коммерческой фирме, возглавляемой Виктором Петровичем.
По устной договорённости сумма оплаты услуги по сравнению с её реальной стоимостью была смехотворной, и тогда я не был стеснён в деньгах.
Прошло 4 месяца, и захотелось получить свои деньги, тем более, что Виктор Петрович при коротких встречах неоднократно сам напоминал о своих долговых обязательствах. Как люди занятые, мы не могли позволить встречаться без предварительной договорённости, а потому пользовались телефонной связью. Я решил позвонить и договориться о встрече. С того момента я и познакомился с таким понятием как секс по телефону, причём как партнёр не активный, а, скорее, наоборот.
Судите сами. Звоню директору:
- Виктор Петрович, приветствую. Гюргий. Хочу получить свои деньжонки. Как это сделать быстро и без напряга?
В ответ тихий и ласковый голос:
- Гюргий, дорогой мой! Я рад тебя видеть в любое удобное для тебя время и готов отдать тебе самое дорогое, что у меня есть. То есть – деньги. Приезжай в офис после работы. Я так хочу тебя…видеть. Посидим, кофейку попьём, за жизнь поболтаем, пообщаемся.
Ласковое слово и кошке приятно, отвечаю, что буду обязательно. Приезжаю в офис - на двери замок. На  вопрос «Где начальство?» вечно недовольная уборщица, с остервенением протиравшая тряпкой пол на крыльце, пробурчала:
- Нету никово уж давно! Понаденут с утра галстуки и ходют тута-ди цельными днями, как говны.
Недоумённо пожав плечами, ретировался и уже из дома позвонил кредитору, мол, в чём дело-то. Ответ: неожиданные обстоятельства сорвали встречу. Уж завтра-то он меня ждёт и проклинают ночь, вставшую непреодолимой преградой для долгожданной встречи. Чувствовалось, что лишь неимоверными усилиями в конце разговора не добавлено «Целую тебя, любовь моя!»
На следующий день, как договорились, я в офисе. Та же картина: замок, уборщица с философской фразой про галстук и говны. И так повторилось ещё пять раз. Я, как человек воспитанный, не высказывал приятелю-кредитору претензий, а терпеливо пытался встретиться. Но с каждым разом мне становилось всё интереснее: насколько хватит у него фантазии и не повторится ли он. Вечером позвонил, желаю, мол, получить долг и с чувством глубокого удовлетворения за сим откланяться. Виктор Петрович каким-то неведомым доселе томным голосом ответил:
- Гюргий, милый мой мальчик, (ни хрена себе – нашёл мальчика!) повтори ещё раз, что ты хочешь, только не спеша и ласково.
Я снова:
- Ну, хорошо, повторяю: я очень хочу получить долг, Виктор Петрович.
В ответ взволнованный голос:
- И я очень хочу… Ты даже не представляешь, как я хочу… вернуть тебе долг! Ты из дома звонишь?
- Да, из дома. Уж спать приготовился, сижу в халате и звоню, может, думаю, застану…
- Не торопись, - просит Виктор Петрович ещё более взволнованным голосом – Так ты, значит, в одном халате сидишь? Совсем-совсем в одном?
- Да чтой-то – отвечаю – совсем в одном халате. В трусах, естественно, чай не в бане. Ты про деньги  ответь.
Тот:
- А какие у тебя трусы: до колен в цветочек или плавочки в обтяжку?
- Да нормальные – говорю – на мне плавки в обтяжку. Ты по существу отвечай!
В трубке обессиленный голос:
- Всё, Гюргий, больше не могу. Позвоню завтра вечером. Всё, кончаю… беседу.
И повесил трубку. Ни завтра, ни после завтра звонка я не дождался. На третий день звоню:
- Привет, Виктор Петрович! Это я …
На том конце провода радостно:
- Гюргий, родной! Ну, куда же ты пропал? Не звонишь. Совсем дядю Витю забыл, проказник! Я весь испереживался! Знаешь, как я хочу… отдать тебе долг? Сил нет терпеть, как хочу! Только представлю, как  запускаю в карман своих брюк руку и направляю её к самому интимному месту, как нащупываю там тёплый, упругий и толстый… кошелёк, в котором сквозь нежную кожу чувствую пульсацию каждой купюры. Вот я медленно вынимаю из брюк руку, осторожно сжимающую… Нет, не могу больше! Завтра позвоню…
В телефонной трубке «тук-тук-тук-тук».
И снова - ни завтра, ни в следующие дни этот телефон не проявился. Звоню на домашний:
- Петрович, это я.
- А, Гюргий, ну что же ты молчишь, как рыба об лёд? Нельзя же так мучить меня, ведь не молодой уже – шестой десяток разменял, до инфаркта недолго. Откуда звонишь? Из дома. Подожди, я лягу на диван, мне так будет удобнее. А ты, кстати, как сидишь?
- Сижу – отвечаю – как обычно, по-мужски: на стуле, широко расставив ноги. Я бы хотел…
- Фи! – перебивает Виктор Петрович – какая некрасивая поза. А ты не мог бы тоже лечь на диван, как я, так мне будет приятнее? «Хотел бы, хотел бы»… Знаю, что хотел бы… получить деньги. Так и я очень хотел бы, а точнее – невероятно хочу… отдать тебе долг. Представляю, как ты своими чувственными полными губами произносишь сейчас «я хочу»… Ты ещё не лёг на диван? Ну, пожалуйста, смени позу. Ну, хоть сядь на диван, и ты станешь как бы ближе ко мне, а я как бы протяну к тебе руки, в каждой из которых по две пятисотенные купюры. Я отдаю тебе по одной бумажке, а ты весь в волнении почти в экстазе кричишь «О, ес, ещё купюру! Ещё! Ещё!»… Всё! …Не могу больше.. ..Завтра позвоню.
Естественно, никаких звонков в течение всей недели. На восьмой день звоню сам ему на работу. В трубке радостный сквозь слёзы голос:
- Ну, наконец-то, Гюргий, дорогой! Здравствуй, родной мой! А я уж и голос твой стал забывать. Всё, думаю, бросил старика. Всю неделю таскаю деньги. Хотел уж на работу или домой к тебе приехать. Но надеялся – позвонит Гюргий. Всё же не чужие друг другу. Ну, и дождался-таки заветного звонка. Радость-то какая, батюшки! Подожди, я в кабинет пройду. Лариса, переключи телефон на меня. 10 минут никого не принимаю, у меня серьёзный конфедициальный разговор. Алло, Гюргий. Я у себя. Сейчас жалюзи приспущу, включу настольную лампу, лёгкую музычку организую. Ты знаешь, как я хочу отдать тебе долг! Как никогда!!! Скажи, что ты тоже хочешь его получить. Гюргий, а ты мне как звонишь: стоя или…
Короче говоря, такой вот секс по телефону получается. А долг я пока не получил.
За окном великолепное бабье лето – период, когда уже ждёшь зиму, но иллюзия лета ещё продолжается. И невольно подумалось: да хрен с ними с деньгами-то. Может, в жизни Виктора Петровича такое же бабье лето. Когда ещё так хочется, но уже почти не можется. Может, телефон – его последняя надежда? Только бы АТС работала без сбоев. Бабье лето: и радостно, и скучно. Петровичу что ли позвонить?