Никто не виноват. Ч 4. Гл 8. Тихое ремесло.

29 декабря 2015 - Сергей Аствацатуров

8. ТИХОЕ РЕМЕСЛО

 

Глава о том, что стихи ещё существуют

и даже не хуже, чем во времена Фета.

 

1.

Вот яростный Ницше и Ленин

неспешно в подкорку долбят.

Ни Богу, ни чёрту молебен

не выйдет никак у тебя.

А ты напеваешь: «Пам-бам-ба,

пам-бам-ба!..» Достаточно мук!

Поэзия – скверная баба:

ни денег, ни ласки… Но вдруг

в тетрадь, как палёною водкой,

словами безудержно рвёт –

любовь вырывается глоткой

и голое сердце берёт!..

 

2.

Компьютерный стол

                             и микроволновка.

О да, я – житель земли.

Плывут облака далеко-далёко

в моём окне, а вдали

над городом солнце кровавит небо.

Уже готов черновик:

«О, небо, ты навсегда ослепло!»

Я это знаю – привык

и вещи земли называю честно,

а жизнь уходит на слом.

Но лучшее в мире, я знаю, место

моё – за этим столом.

 

3.

Я не поэт, но просто... К тому же, я

хлеб добываю грубым трудом, как вы.

Утром люблю поспать, а зимой, дрожа,

холодом продуваем с ночной Невы.

 

Да, ничего особенного – чудак

обыкновенный – здесь завались таких.

Может, немного больше вложил труда

в хаос фонем и логику запятых?

 

Пусть ремесло – а стоит ли говорить,

что недостоин вас? – но когда слова

овладевают мной, то и куст горит,

да и завеса в Храме цела едва.

 

4.

Все умерли до смерти – все ушли

в реальность виртуальную, где нету

ни влажными ладонями в глуши

деревьев рукоплещущих, ни свету

поющего осанну соловья,

ни вереска, в котором ветер бродит.

Все умерли – ушли скучать в края,

где цифровой сигнал и что-то вроде

любовного томления, когда

на том конце сети тебе ответят,

но вместо поцелуев – провода.

Не выпутаться? Вот хороший метод:

закрой все окна крестиком, пойди

на улицу, вдохни горячий запах

коры и мха, кувшинок и воды –

услышишь: лес на деревянных лапах

бежит к тебе, как было года в два.

И может быть, подумаешь: «А что-то

я видел вроде этого… трава

зелёная… Ах, точно!

Как на фото!»

 

5.

Селить на планете каких-нибудь троллей,

и эльфов на бой отправлять из Рязани…

Мы столько уже чепухи напороли,

нащёлкали фоток, настроили зданий,

что кажется: мир не вполне интересен –

и жёлудь на ветке, и дрозд в перелеске,

зевок вызывает целебная плесень

и Баха кантаты. А голос нас детский,

скорее, пугает, скорее, о смерти

напомнить готов, о грехе суицида,

и даже малыш карандашиком чертит

не будку собачью, а пояс шахида.

 

Что, спросите, делать? Отвечу: не знаю!

Но лично бы я удивился рассвету,

ребёнку бы сказку придумал про Заю

и злую Лисицу. И жизнь я вот эту

не стал бы бранить понапрасну, а только

за то, что всё шуточки вместо печали,

за то, что страну разорили и Волга

грязней год от года… А вы бы смолчали?

 

6.

Тяжело быть собой, настоящим, увы.

Очень хочется красок добавить, принять

то красивую позу, то полголовы

нарастить для солидности, или загнать

нездоровые мысли поглубже – туда,

где уже догадаться не сможет никто,

как ты мерзок… Но выйдет опять лабуда,

клюква с кроной развесистой или в пальто

конь какой-нибудь. Вот как выводит строка

за ушко да на солнышко всякую тварь!

Будь собой! Не стесняйся себя, дурака!

Потому что поэзия – музыка, пар,

отлетающий вместе с дыханием, свет,

от которого скрыться – испортить стихи.

Будь собой, бедолага, безумец, поэт!

Если подвиг, то подвиг!.. А если грехи,

Бог простит, – у тебя больше выбора нет!

 

7.

И в прошлом веке с кем-то паралич

случался. «Времена не выбирают…

живут и умирают…» Но опричь

всех утешений, в этом так сгорают,

что ты твердишь: «Я вымысла хочу!»

Друг, дикая, кошмарная вот эта

у нас реальность есть, и ни врачу,

ни магу изменить её…  Ракета

в какой-нибудь домишко попадёт,

в больнице заразят ребёнка СПИДом,

чиновник полбюджета украдёт…

Да, я скажу, что, кажется, обидам

уже потерян счёт. Но, дорогой

дружище, я заметил бы: «И всё же

реальный мир со всей его бедой

мне выдумки беспочвенной дороже!»

 

8.

Москва сгорела, сдан врагу Ишим,
и Петербурга нет, и Златоуста –
всё это наше, русское, смешным
ничем не убиваемое чувство,
что всё вот-вот провалится, пойдёт
в тартарары, что ядерную кнопку
какой-то псих… Но мы под Новый Год
поднимем обжигающую стопку
за Север неподкупный, за страну,
где мужество пока что не иссякло,
где люди таковы, что, на Луну

отправь, они… А тут, понятно, всяко
в труху не превратимся, не сгорим,
не растворимся в грозном Океане.

По крайней мере, веточку с горы
приносит голубь – хрупкая не вянет!

 

9.

Чтобы в бой поднимать, существует труба,
а стихи не для этой практической цели.
Все они просто так и текут, как вода,
сквозь бадьи ежедневной широкие щели.

Ах, но эта вот влага питает поля,
где побеги любви пробиваются к свету,
а практичных земля пересохла дотла,
и на ней, как в сраженьях, не место поэту.

 

Рейтинг: 0 Голосов: 0 157 просмотров

Поделиться с друзьями:

Нет комментариев. Ваш будет первым!