Никто не виноват. Ч 4. Гл 13. Сотворивший меня.

29 декабря 2015 - Сергей Аствацатуров

13. СОТВОРИВШИЙ МЕНЯ

 

Глава, название которой не требует комментария.

 

1.
Три горьких НЕТ, печалясь, назови:
«НЕТ денег, НЕТ здоровья, НЕТ любви,
и страшно жить, и тяжело, и больно».
Задумайся об этом недовольно:
«Зачем всё так? За что нам этот мир?»
Как жаль, что на диване кошка м-р-р-р
мурчит и ничего не отвечает.
Но двадцать лет раздумий за плечами,
и дело, мой приятель юный, в том,
что мировой таинственный дурдом
не так уж плох, и есть ответ понятный.
Ты догадался, верно? Выплюнь мятный
комок жевачки! «Все вы мудаки, –
ты говоришь, – вы лжёте вопреки
тому, что все вы – злые обезьяны…».
Да, в этом доля правды, но нежданный
задам вопрос: «Вся жизнь и чехарда
чуднАя кем устроена?.. Ну да,
Он это всё без устали рисует.
Его мы здесь не называем всуе!»

 

2.

Ты скажешь мне, что Бога нет,

а я скажу, что, да,

нет, и проносится ни свет

ни тьма туда-сюда.

 

Туда-сюда, от фонаря

до фонаря, где снег

летит в сугробы января.

– О, разве человек

 

Здесь будет счастлив?.. – Никогда!..

Фонарный свет, как ртуть.

Ты скажешь: «Бога нет!» Ну да!

Но что-то есть чуть-чуть?

 

3.

А гости выпивали, обсуждая

едва ли кем прочитанную Книгу.

Я, положив вкуснейшую бруснику

в чай (лучше нет подкисленного чая),

вдруг прикорнул в обнимку с батареей

(ещё и кот дремал на мне пушистый).

А друг-оратор, рассыпая искры

речей похмельных, зажигал: – Скорее,

от шимпанзе в нас любопытство, кроме...

И люди раскрасневшиеся пили.

Но мне казалось: машет на балконе

крылами кто-то. Голубь?.. Или… Или…

 

4.

– Я Бога хороню! – рыдала ты.

И водочки стаканчик осушая,

добавила: – Да что там красоты!

Не дал здоровья – Бог неправоты!..

А я подумал: «Господи, смешная!

Нашла же повод! Умер. Ну и что?

Назавтра возродится – Он же вечный!»

А вслух заметил: – Ангел мой, не то

ещё бывает в жизни, и никто

не избежал. Но, видимо, беречь мы

должны себя от глупостей, когда

нам доказать захочется, что двери

на небеса закрыты и звезда

одна глядит бездушная сюда.

А мы тогда… мы кто?.. Скорее, звери…

Ты перестала плакать и – О да, –

сказала, – счастья чистая руда

в том, что хотя бы кто-то в это верит!..

 

5.
От одного безумия к другому –

всё зыбко, переменчиво и кратко.

Послушно всё надмирному закону,

где беззаконья больше, чем порядка.

 

Но медный таз бедняги Дон Кихота

нам дорог всем и ныне почему-то,

и даже помнит, вне сомненья, кто-то

о бесподобной жизни Бенвенуто.

 

Всё-всё во власти сумрачной стихии, –

пока в нас нежно музыка врастает,

над головой туманности глухие

и метеоров гибельные стаи.

 

6.

Потому что прекрасна, мучительна и безнадёжна,

потому что шумят корабельные тёмные рощи,

тонкой-тонкой иголкой любовь прививают подкожно,

чтобы жить научиться значительно лучше и проще.

 

Но стихи умирают, и блёкнут картины, и льётся

дождь, пока набухает осенними тучами небо.

Слишком часто теряются даже венчальные кольца,

иногда не хватает обычного чёрного хлеба.

                      

Потому что нельзя ничего до конца опровергнуть,

и шумят, и шумят корабельные тёмные рощи,

   виноградными гроздьями звёзды высокие меркнут,

      тихо тает огарок свечной дотлевающей ночи,

          по зеркальной канве распускают лучи водомерки.

 

7.

Между соснами рыжими, и гранитом,

и высоким небом, холодным небом,

я сидел на озере, на Забытом,

седовласым, очень печальным дедом.

Было что мне вспомнить. Рыдали чайки,

занимался бледный рассвет июньский.

Где ты, Псиша-молодость? Хлеба пайки,

пайки счастья, нежности, берег узкий

в Комарово, девушка в джинсах синих –

это было вечность назад, не меньше.

Я прошёлся: пара следов лосиных,

куропатка, ягель. Такие вещи

замечая, вдруг понимаешь: поздно

сожалеть о чём-то. Глаза прикроешь,

а внутри под веками многозвёздно,

и Господь, Он рядом, как старый кореш.

Рейтинг: 0 Голосов: 0 228 просмотров

Поделиться с друзьями:

Нет комментариев. Ваш будет первым!