Белая ночь. Исход.

                                                                                                                                                                              223

Сизый флёр оперенья густеющих туч

Белой ночи смывает багряный рубеж.

Близоруко  пробравшийся  тощенький луч

Молодит позолотой облупленный «беж».

Будто оком прозревшим блеснёт медальон,

Поверяя гармонией зреющий мрак.

Гулкий камень пустыни.

                                        Со шпилей озон

Каплет вниз, словно кровь циклонических драк.

 

Город – фуга. Строфа циклопических строк:

Снова оторопь лижет в кармане ладонь;

Снова Балтика ливнем приносит оброк;

Снова ждут купола поднебесный огонь…

 

07.2012

Рейтинг: +7 Голосов: 7 765 просмотров

Поделиться с друзьями:

Анна Свирс # 3 мая 2013 в 01:01 0
Какие у Вас непростые отношения с городом, Алексей! Полифонические,но остранённые и без внутренней симпатии. По крайней мере здесь. Много интересных образов. А почему последние строки Вам кажутся "одноглазыми"?из-за однотипного строения?
Спасибо!
Алексей Бриллиантов # 3 мая 2013 в 01:19 +1
Нет-нет, Анна, у нас распространён другой штамп: "циклопические сооружения", "циклопический проект" и.т.п. - поминая, не столько одноглазость, сколько габариты Циклопа. А город: в утренние и пустынные часы дух захватывает именно от его отрешённости, словно живёт сам по себе, пропуская тебя сквозь... Моё почтение.
Татьяна Бальсене (giriusa) # 15 мая 2014 в 12:26 +3
Надо очень любить свой город, чтобы так бережно, воздержанно восхищаться.
Алексей Бриллиантов # 15 мая 2014 в 15:47 +2
Это даже не любовь, Татьяна. Любовь - это тепло, а тут - озон и свобода. Это скорее благоговение, потому как он стоит здесь как-будто не строили его, а просто высвободили из пелены пространства. Будто он всегда здесь был. Его огромность - это не три-Д-головокружение, как в Нью-Йорке или Токио: сквозь его колоссальное пространство текут людские и машинные потоки, что-то создают и разрушают, но всё это какие-то дуновения в его пределах, он их пропускает сквозь себя и молча глядит в вечность, подобно гигантскому сфинксу. Такая вот любовь...
Моё почтение, Татьяна.
Татьяна Бальсене (giriusa) # 15 мая 2014 в 17:02 +2
У Вас особое видение. Приятно читать вот такие строки о городе, в котором живёте. А мне вот так и не удалось побывать в этом великолепном таинственном городе...
С уважением, Татьяна.
Алексей Бриллиантов # 16 мая 2014 в 18:25 +2
Надо собраться, Татьяна. Это из числа дел обязательных к исполнению...
Ястребов # 31 октября 2014 в 12:37 +1
В который раз - череда замечательных образов, которые у Вас, Алексей, всегда необычны. Каждый раз с огромным любопытством читаю стихи, посвящённые Питеру. Любопытство обусловлено тем, что сам я, многократно бывавший здесь (в том числе в длительных командировках), не смог принять в душу этот давящий серый город с его туберкулёзными ветрами. Он настолько же чужд мне, насколько близки уют и неописуемая красота моего старого Ярославля. И потому я рад, что люди любят нечто иное, и Ярославль не стал мегаполисом, хоть и побывал столицей Руси.
Алексей Бриллиантов # 1 ноября 2014 в 01:16 +2
Только однажды, и то 3-4часа побыл в Ярославле."Проезжал" - в зачёт не беру. Давно очень. И деталей не вспомню. Но помню, что мне, коренному новгородцу, было уютно , как дома, более того выстроенный заново после войны из полного пепелища мой Новгород приобрёл некий лоск столичности в своём освежённом виде, а в Ярославле чудилась некая исконность, что-ли. Впрочем, очень давно это было...
И мне очень понятна Ваша реакция на Питер . Своё отношение я тоже не назову любовью. Можно ли любить Сфинкса? Колоса Родосского? и т.д.? - Трепет. Благоговенье. Потрясение. Он пропускает сквозь себя, оставаясь неизменным...
А стареет, как горный кряж, а не город...