Рецензии жюри на отобранные работы конкурса «Признание в любви»

9 февраля 2012 -

 Рецензии Юрия Гельмана (uglevi)

 

Александра Герасимова. «Навязчивое»

После вышеизложенного кому-то может показаться, что, отметив это стихотворение, я просто ошибся или поступился своими принципами. Дескать, здесь наблюдается вопиющее отсутствие всяческих норм пунктуации, да и вообще текст похож на эскиз стихотворения, на его набросок, не более. Отвечаю. Во-первых, такая подача текста является намеренной, это стиль автора, это его "авторский знак". Настаиваю: "навязчивое" – образец настоящей Поэзии, когда для восприятия Ее работает не столько слух или зрение, а подключается подсознание. А это, уж поверьте, дорогого стОит. И когда движешься по строчкам вслед за автором, вовсе не замечаешь отсутствия запятых или точек, потому что все происходит на одном дыхании, без сбоев или сглатывания слюны. Да и вообще стихотворения Александры – они как рисунки гениальной Нади Рушевой, – где слова, как линии карандаша, ассоциативны, и ты, читая, радуешься тому, что прикоснулся к Прекрасному.

 

Бигудинка (она же Лена). «В китайской чашке зелёный чай»

Еще одно прикосновение к Прекрасному! "Крыши танцующего Питера", "Вселенная многоточий", "топают звезды босыми ножками" – какие прекрасные образы, какое колдовство слов! И в этом – несомненное мастерство автора. Я видел белые ночи Питера в июне, но я понимаю, что у автора, петербурженки, есть и другие белые ночи – когда выпадет снег. И немножко завидую Елене, потому что она может этим любоваться. И пусть говорят, что Питер – депрессивный город, и пусть в стихотворении Елены звучит пронзительная нота влюбленного одиночества, – я, как читатель, верю: она достойна настоящего счастья, и оно – близко.

 

Татьяна Шеина. "Просто…"

Долго думал: что написать? И понял: автору уже не нужны советы или подсказки. Татьяна – сложившийся поэт, и это – факт. Всё в ее стихотворении на месте, всё связано, оправдано, всё выстроено логически и осмысленно. А предпоследнее четверостишие – это просто самостоятельное стихотворение, яркое и глубокое. Рад, что открыл для себя еще одного настоящего поэта.

 

Zhewlakova. "Нет!..." 

Стихотворение-крик, стихотворение-боль, но и стихотворение – надежда. И пусть "хромает" рифма в некоторых местах (автор наверняка сама чувствует, где именно), пусть, как бельмо на глазу, вдруг появляется цифра 6 ( что недопустимо в художественных текстах, как в стихах, так и в прозе, нужно писать словами – это легко исправить), пусть выражение "небрежно сяду на край" несколько выбивается из общего настроения, навеянного предыдущими строками ( вспоминается сцена известного фильма, когда Наденька Шевелева присела на тахту к спящему Евгению Лукашину – уже в Москве, помните?). И все равно – стихотворение написано хорошо, на одном дыхании, и это меня порадовало.

 

Елена Севрюгина. "Посвящение мужу"    

Ну ничего особенного, ничего выдающегося. Казалось бы, рядовое стихотворение. НО… Какая чистота, какая любовь, какое сияние счастливой женщины исходит от каждого слова! И уже не замечаешь упрощенных рифм, каких-то общих фраз. И не хочется придираться, хочется радоваться вместе с автором и пожелать Елене долголетия этого великого чувства – ЛЮБОВЬ!

 

Terehova Galina. "Не …Признаюсь…"

Как для моего восприятия, предложенное стихотворение – весьма оригинально по форме, хотя содержание и тот смысл, который любящая женщина в него вложила, – и предопределили эту оригинальность. Здесь нет строгой ритмики – но ведь это и не марш; здесь порой теряются рифмы – но ведь это и не песня; здесь есть остановки для раздумий – и это придает стихотворению особую, вероятно, присущую автору мелодику, выходящую за рамки общепризнанных правил. Слова нежны и в то же время глубоки, просты и одновременно чувственны. Я вижу за ними мятущуюся женскую душу и неустроенность, которую автор очень не хочет превращать в привычку. Дай вам Бог удач и находок на творческом пути.

 

favor "Самая красивая звезда"

Хорошее, честное стихотворение. Искреннее. Без заигрывания с чувствами, без экспериментов с формой. Есть, на мой взгляд, два места, над которыми автору следует поработать. Первое – строка " Неумело прикасается мальчишка" длиннее нужного всего на один слог. И второе: истекает лето и звездный ливень – это, как понятно, август с его метеорным потоком; и тут же, ниже – "струны…тревожит сонный листопад". Простите, но это уже октябрь-ноябрь, а перехода к этому периоду в тексте не было. В целом же осталось очень приятное впечатление.

 

Мирошникова Ирина "Не тридцать дней..."

Очередная женская судьба. Разлука на долгие годы. "Хроническая нежность" – не смотря ни на что. Не каждый и через тридцать лет отважится так откровенничать. Если бы еще поработать над размером строк – было бы вообще здорово. У вас есть одно качество, которое я лично очень ценю в поэзии – немногословность. Спасибо за удовольствие.

 

Владимир Бодров "Сонет"

Красивое стихотворение – это бесспорно. Очень люблю сонеты, был приятно удивлен. Впрочем, не могу не обратить внимание автора на одну неточность: блики могут быть от солнечного света на глянцевой или другой гладкой поверхности, у вас же – непосредственно "солнца блики". В целом же очень приятное впечатление от прочитанного.

 

Наташа Горбань "Безудержно хочется прыгать..."

Стихотворение, безусловно, далеко от совершенства. Но на меня, умудренного жизненным опытом человека, вдруг повеяло такой чистотой юности, такой свежестью молодых, девственных чувств, повеяло запахом весны, ветром возрождения и надежды! Когда мне было столько лет, сколько Наташе, я начинал писать стихи – и конечно, о том же самом… И сегодня я просто не мог не включить это стихотворение в десятку. Как аванс автору с пожеланием сохранить в себе поэзию, как искру Божью.

 

Рецензии Ольги Барышниковой (loon-aria)

Татьяна Шеина. «Просто...»

Стихотворение захватывает с первой строки: «Ты не развеешься с первыми петухами…». Любовь – колдовство. Героиня, конечно же, ведьма, как булгаковская Маргарита, которая есть в каждой женщине, но способна оборотиться и Принцессой на горошине («бусинка в простыне» вполне осязаема), и даже Жар-птицей для любимого. Сюжет сказочный. Возлюбленный – ночной демон (инкуб) вдруг наяву становится для героини Финистом - ясным соколом. Она искала именно Его – наконец, нашла и поняла: «Новых не будет…». С любимым, и только с ним, она может оставаться самой собой и не бояться, что он разлюбит её настоящую: «Я никогда не боялась не стать искомой». Любовь - «укрощение строптивой»:

«Можно мне… больше… не быть спесивой,

Дерзкой, свободной, шальной, с языком как бритва,

С тысячей слов по карманам – весомей меди?»

Нежность и страсть – в каждом образе, в каждой строке, которая прерывиста, как дыхание героини, безотчётно, открыто признающейся в своих чувствах. Любовь – это точное попадание в ритм, и героиня его чувствует вполне, «как медик». Автор – также точно попадает в динамичный размер стиха (дактиль). Женская рифма - изысканная, интересная: «в силах – спесивой», «бритва – ритма», «медик – меди», «остров – остро».

И всё-таки есть несколько замечаний. «Бусина лжи» - и рядом «к счастью» (пусть и одна – уже к несчастью). И почему бусина катится яблоком? Оба образа самоценны, но не увязаны. «Ты мои фобии вывел - на свет - из комы» - несколько режет слух после потрясающе красивой строки: «Солнце – Жар-птица – насытилось звёздным просом…». Это на мой вкус, могу быть здесь не права. В целом стихотворение воспринимается вполне органично: и с «инкубом», и с «фобиями и комой», и с выражением «как медик», и с «абонентами», и даже с не по-женски резким «короче». Подытожить всё вышесказанное героине помогает своя логика: желёзная, но по-женски непредсказуемая. Дерзость, экспрессивность последнего катрена расставляет все точки над «i» и объясняет настоящее желание героини – земной женщины: быть «кому-то» нужной. И понятно, что врёт сама себе (вот она «бусинка лжи»!): конечно, не «кому-то». А только Ему, потому что только что всем остальным абонентам были отосланы послания: «…на полюс, к чертям, на остров, в склепы, в гробницы царей, к Соломону в копи…».

Миф о Финисте рассеивается, но стихотворение приобретает неожиданный поворот: всё действительно так просто, жизненно. А сказку мы делаем сами силами любви. Просто и волшебно.

 

Анатолий51. «Через всё одиночество»

Стихотворение звучное, мелодичное. Автор мастерски выстраивает строку, внимателен не только к рифме, но и к созвучиям. На стыке строк «Интересно ли – если нет» - и стих льётся легко, свободно, как песня. И сразу задана высокая нота признания: «Знать тебе интересно ли? Если нет, то прости меня».

Любовь понимается как идеальная сфера, по-платоновски. В женском образе есть что-то от Прекрасной Дамы Блока. Она лишь предчувствуется, угадывается. Во втором куплете сквозь ночные шорохи «ночи неспящие» (в самом словосочетании - парадокс!), слышится отчётливый звон. Звенит и «злая бессонница», и «тревога знобящая», и «воздух замерзший». И неслучайно появляется образ «дороги дальней» - фольклорный, песенный, родной… «Мчусь» – и представляется тройка с бубенцами. Конечно, к Ней, Единственной, Богом данной. И это не конкретная женщина, а некая стихия: сон, мечта. Женщина здесь условна, символична. Как воплощение полноты жизни, осуществление земных чаяний. Любовь – через всё одиночество – за пределами ожиданий.

Трудно, конечно, назвать эти стихи признанием в привычном понимании. «Ты моя неизвестная ни губами, ни именем…» - к кому обращены строки? Кажется, у них нет конкретного адресата… Герой признаётся в своём одиночестве? И всё-таки по сути это диалог. Есть местоимение «я» и есть «ты»… И есть неведомые нити, соединяющие одинокие сердца.

 

Анна. «Пусть эта тайна...»

Любовь – тайна, потрясение, лишающая покоя и чувства защищённости, опасная сила притяженья, сталкивающая людей и разносящая их судьбы… Ясно, что речь идёт о любви незаконной, запретной, а потому и тайной.

Стихотворение предваряет объяснение ситуации: «У нас с тобой всё разное: вчера, сегодня, завтра». А дальше – обращение к Господу – не случайно, потому что дальше – об «окаянных ветрах», от которых слабое сердце не удалось уберечь – и случилась настоящая беда. Сердце заштормило. Сердцу всё так же хочется счастья, то есть покоя, чувства защищённости… Но обещание счастья - мираж. Третий катрен изумительно передаёт состояние героини и её отношение к любимому: «Твое дыханье на моих ресницах, невинное, как не упавший снег, таким грехопадением приснится!» В этих строчках - сплошные парадоксы. Чувства героини гиперболизированы до предела: снег – даже не первый, а неупавший (белее белого), а грехопадение (всё-таки реальное) – воспринимается как сон, да ещё и «неприснившийся». Всё то, что происходит в реальном мире – это как будто прообраз будущего сна. Любовь – горнило, обжигающее сердца, она и беспощадна и милосердна. Любовь – великое благо. Но она же и великое зло: ослепляет, ломает судьбы. И героиня понимает, что не она первая и не она последняя в этом безудержном потоке вселенской стихии.

«Ни на один незаданный вопрос

не ради нас с тобой я не отвечу» -

слишком много логических цепочек, которые трудно распутать. «Я не отвечу ни на один вопрос, который мне не зададут, если этот вопрос не будет касаться нашего с тобою счастья…» Так? Кто не задаст вопрос? Но если не задаст, то, конечно, и отвечать не будет смысла. К чему относится «не ради нас с тобой» - к слову «вопрос» или «не отвечу». Впрочем, стихотворение о сложных, запутанных чувствах, недосказанность и парадоксальность – его композиционные составляющие.

Про безупречный безопасный свет холодных звёзд - хорошо. Звёзды безучастны, как и подобает звёздам. Пустоте молится героиня, считая почему-то её «благоразумной». Но «природа не терпит пустоты», и имя любимого становится для сердца священным… Безусловно, очередное заблуждение... Но стихи искренни. И сердце действительно «обрывается, взлетев» по прочтении, с последних строк – в пропасть. И это всё - любовь, свидетели которой ветер, снег, звёзды. И Бог этой любви судья.

 

Белогвардеец «Я научил тебя актёрствовать без слов…»

Красивое стихотворение, запоминающееся по-детски яркими, зримыми образами и одновременно заставляющее задуматься, стараться проникнуть в смысловые пласты. Лирический герой – «уже не молодой» - говорит на языке, понятном возлюбленной. Герой относится к возлюбленной бережно, как к ребёнку. И неслучайны в таком контексте «братья меньшие»: киты и поэты - они как будто стоят в одном ряду, причём призыв «сочувствовать» - поэтам, а «не предавать» - китов!

Почти гумилевский сюжет (вспоминается «Жираф») с той разницей, что там героиня в томной печали, а у нашего автора – легка на подъём, беспечна, как Алиса из Страны Чудес. Она актёрствует без слов, легко перемещается во времени и пространстве, предсказывает будущее по звёздам, плывёт по реке из песен, умеет смеяться под водой и, можно предположить, разговаривать с рыбами (умеет же без слов!). И стала такой благодаря удивительной сказке, которую для неё сделал искренне любящий человек.

Единственное, что не нравится – это слово «нирвана», у которого может быть много значений, в том числе и ассоциативных. Ведь ранее ничего не говорилось о том, что героиня, например, родом из Индии, а также о том, что Будда благословил героев на любовь… Скорее всего, «нирвана» всего лишь синоним слову «пустота… И герой, уже немолодой, боится, что вдруг исчезнув, юная особа лишит его ощущения избытка жизни? И всё-таки я бы предложила автору подумать над последним аккордом своего лёгкого, сказочного, искристого произведения. Проверяла воздействие на многих слушателях: «нирвана» не понравилась никому. А само стихотворение (до последней строки) – просто очаровывает.

Трудно сказать, насколько полностью стихотворение отвечает обозначенной теме. Может быть, герой всё-таки признался в любви самому себе? Ведь это он сделал любимую девушку такой - и полюбил своё творение, как полюбил Пигмалион Галатею. Классический пример созидательной, творческой любви. Почему бы и нет? Нравится.

 

Мастер Йода. «Сокровенное»

Потрясающий эмоциональный накал в стихах! Нева, пытающаяся выйти из берегов – и как оригинально у автора»: кровь, бегущая «по венам супротив теченья».

Пробирает до костей морзянка и выбитое зубами на морозе мелкой дробью: "лю..блю". На память приходят «нервы, танцующие чечётку» Маяковского. Только у современного автора – всё это оледенело, остервенело…

Любовь как обнажённый нерв: к «осиротевшим» трамваем, «сентябрьскому», облезлому коту, тоскующему по лету, потому и злому… И с каждым катреном «остервенение» становится всё откровеннее. Не струны любви – а собственные жилы. И это состояние вызвано, можно предположить, внезапным отказом в любви, «не прощаясь, по-английски» - тем самым «правом ветра» (автор обыгрывает слова, но они могут быть прочитаны и поняты в первоначальном, а не только в метафорическом смысле).

В стихотворении – даже не слова любви, а крик, оглушающий пространство («гортанно, хрипло, как не смогут птицы») и время («И чтоб кукушка на моих часах перекричать меня была б не в силах…»).

Стихотворение цепляет, потому что оно действительно о «сокровенном». Не даётся признание:

«Но звуки не идут и рот молчит!

Но в горле спазм. Надкушенные губы

Забыли вкус признаний и молитв…»

Сердце измучилось, ожесточилось - и замёрзло. Как верно подмечено у автора о такой любви: истерзает душу – и изойдёт паром. И герой понимает это, отчаявшись в любви и перестав в неё верить: «И в этом тайна веры и исхода».

Несколько слов о технических недостатках. «Прокралось в дом сентябрьским котом» - прочитывается фонетически неверно: «сентябырьским», «со счастием». Инверсия усложняет и ничего не прибавляют к смыслу и звучанию стиха: «И ночь была не создана для сна».

Во второй строке ритмический сбой:

«Ведь сердце может, искренне любя,

От тишины – остановиться!» -

Возможно, автор сделал это намеренно, то есть хотел сказать, что сердце сбилось с ритма – и остановилось.

Любовь – зерно души. Она должна прорасти и стать благодарением. Об этом сказал Апостол Павел: «И если нет в тебе любви, то ты медь звенящая». А стихотворение сильное. Автор молод, дерзок и, безусловно, талантлив – и хочется пожелать ему счастливой любви как источника творческого вдохновения.

 

Александра Герасимова. «Навязчивое»

Выстраивается определённый ассоциативный ряд образов: брошенный под дождём зайка (почти Барто); лёгкий бумажный самолётик или пушинка, летящие от дуновения ветра или дыхания ребёнка; сказка, рассказанная любимым куклам на ночь, потому что в ней страшная тайна, и доверить её больше некому, глухая клеть; комья снега (или грязи); брошенные в прохожих, чужих, смотрящих с пустым любопытством, осуждением, непониманием, потому что они забыли (или не знали), как это бывает в первый раз… Это то первое чувство, которому ещё суждено родиться, вызреть. Младенческий плод, жизнь и смерть которого в руках матери, а точнее дочери, играющей роль матери. И это любовь – неразменная монета.

Стихотворение льётся песней-причитанием. Раздольный, плачущий анапест сбивается в конце строки, появляются лишние ударные слоги – надрывом. По композиции стихотворение напоминает загадку, но имя всё-таки не названо, остаётся тайной. Это имя - часть её самой. Одиночество любви, в которой, как у Тарковского: 1 + 1 = 1. Чувство без взаимности, а, может быть, даже и не высказанное вербально. Героине хочется не просто сказать, а крикнуть: «Я не могу без тебя жить!». Именно так бывает часто с первой любовью у «тургеневских» девушек, неважно, в какое время они живут.

Не вполне уместно, на мой взгляд, применение слова «собственноручная» по отношению к клети. Во-первых, получается, что клеть (кладовка, сарай) «написана собственной рукой» – это уводит от понимания смысла предложения в целом. Во-вторых, это слово не звучит, затрудняет чтение. «Я меняла его на десятки других похожих» - строка логически не увязывается ни с названием, ни со сказанным выше и ниже… Может быть, всего лишь хотела поменять… Имена, случайно произнесённые в чужой адрес, часто выдают нас. Это имя заляжет глубоко на дне кладом или камнем. По-человечески хочется, чтобы всё-таки кладом.

Есть опасность, что авторский стиль может стать индивидуальным штампом. Это касается названий стихотворений, отсутствия (причём оно почему-то выборочно) знаков препинания. Отказываясь от знаков препинания, автор предоставляет читателю свободу наполнять текст собственной интонацией. Это право автора, но прочитанное может не совпасть с написанным, если иметь в виду сферу отношений. Знак тоже информативен. И зачем сознательно сковывать себя тенденциями и модными веяниями? По-моему, это сковывает внутреннюю свободу автора.

В целом стихотворение оригинально, мелодично, интересно и формой, и содержанием. Конечно же, это признание, но хочется, чтобы 1 + 1 все-таки стало 2.

 

Бигудинка (она же Лена). «В китайской чашке зелёный чай»

Стихотворение исполнено тихой радости, которой причастны и крыши танцующего Питера, и босые звёзды, и маленькая сонная собачка… Наверняка, признание адресовано тому, кто находится далеко. И героине очень хочется послать привет из любимого и родного города. Упоминание его неслучайно. Оно создаёт ощущение, что это признание – в письме. И до встречи ещё долго ждать: от белого снега – до белых ночей. Точно передано движение времени в восприятии влюблённого человека:

«Минуты

Начнут не бежать, не идти, но ползти,

И где-то на полпути

Совсем замрут между небом и сном».

Встреча… И опять письма, стихи, ожидание новой встречи… От взгляда – до взгляда… А ещё не было признаний в любви. Поэтому так заканчивается стихотворение: «Прошу вас, не надо смотреть на меня, не мигая, как Смерть и Луна...» Героиня сама ждёт признания. Или приговора.

Стихотворение о чувстве влюблённости, которое не даёт уснуть. Чувство ещё не высказанное, не созревшее… и такое трогательное. Нравится, что оно передано подробно, как-то по-домашнему просто. За чаем с малиновым вареньем, причём предполагается, что пьют чай двое, каждый в своём уголке маленькой Вселенной. Влюблённым ещё предстоит пройти вместе со звёздами «босыми ножками» друг другу на встречу эту «Вселенную многоточий».

Не совсем понравилось выражение «утонут в этой белой мути». Небрежное отношение к хорошему, доброму чувству… Да и не очень-то рифмуется «мути – минуты», «всё же – ножками».

 

Дядя Витя. «Постижение»

Автор не боится дискутировать с самим Фетом. И если у классика любовь - «шёпот, робкое дыханье», то веяние любви у нашего современника – бессловесно и беззвучно. «Всё может сжечь дотла небрежный шёпот слов…» - строки подкупают целомудренностью, чистотой и предельной ясностью. Любовь - возвышенное и радостное, то есть взаимное чувство, которое не скрывается в ночи, и такому чувству не страшна утренняя заря. Любовь - «несмелая» грёза или утренний сон, который переходит в действительность и не нарушает гармонию сна. И даже «слиток янтаря» - «нем», поскольку не может рассказать о настоящем чувстве, проверенном временем, понятном и понятом каждому без слов.

С точки зрения технической организации стиха всё почти по-фетовски безупречно: и классическая рифма, и выдержанность размера, и ритмика стиха. Но всё-таки, я думаю, что автор не обидится (потому как уже само сравнение с Фетом – это предельно лестно) - превзойти классика в поэтичности ему не удалось. «Нем – слиток января» - звучит не так благозвучно, как строки известного шедевра, хотя смысл их высок.

Если говорить об образности стихотворения, то очень нравится образ, в котором слышится что-то родное, песенно-фольклорное: «Над речкою ветла – отрада вешних снов», и образ зари, насыщенный жизнеутверждающим (поскольку утверждает незыблемость любви) пафосом.

В целом считаю, что стихотворение заслуживает высокой оценки. Бросить вызов самому Фету – это смело. Но если рассматривать с точки зрения соответствия теме «Признание в любви», то стихотворение, мне представляется, всё-таки не столько собственно признание, сколько размышление о любви как великом божественном даре. А слов всё-таки (особенно женщинам) всегда хочется…

 

favor. "Самая красивая звезда"

В этом стихотворении есть что-то от Асадова или сентиментальных песен ВИА эпохи 70-80 –х. Вспоминается и снова переживается юность. Песенные строки не могут не тронуть искренностью, теплотой. Нравятся образы, потому что зримы: и «непрошенные слёзы», предательски капающие на книжку, и «струны на расстроенной гитаре», и «шёпот разнотравья», и «запах тонких девичьих волос», и самая красивая звезда в огрубевших мужских ладонях… Впечатляет мелодичность, благозвучность строк: «Истекает ласковое лето, звёздный ливень плачет за окном…» Это хочется пропеть или проплакать вместе с автором. Сразу врезается в память, создаёт настроение. Шипящие звуки рисуют картину ночного сада, в них слышится шёпот любви: «И, чуть слышно, как о важном самом, Шепчет он в полуночном саду: "Пожелай…». Очень поэтичен образ сонного листопада, и струны старой гитары отчётливо, громко звучат: «Струны на расстроенной гитаре Вновь тревожит сонный листопад».

Но в этом стихотворении, если его рассматривать всё-таки как самостоятельное поэтическое произведение, много погрешностей.Логически не увязаны сюжетные моменты. Юноша и девушка читают книжку в комнате, а за окном – звездопад. Более того, они читают книжку ночью или вечером, следовательно, в комнате горит свет. Из освещённой комнаты никакого звездопада не может быть видно. И вдруг юноша касается волос девушки – и действие переносится из комнаты – в сад, из августа – в сентябрь. «Вновь тревожит сонный листопад» - звучит красиво, но по смыслу – слово «вновь» рушит сказку о первой, невинной любви. «Неумело прикасается мальчишка» - строка длиннее на два слога и выбивается из ритма. Смещается ударение в строках: «Счастье трепетным крылом Жар-птицы». «Сны растаяли давным-давно». «Как о важном самом» – неоправданная инверсия. «Капельки непрошеные слез» – бывают «непрошенные слёзы», а не «непрошенные капельки».

Думаю, что это произведение может пользоваться успехом у большой аудитории, если его рассматривать не как поэтический текст, а как песенный. Проникновенная интонация автора не может не тронуть доверчивые сердца слушателей. Образ «самой красивой звездой», принесённой из-за пределов Вселенной как признание в любви – звучит на высокой ноте.

 

юз. Крылатое мгновенье

Стихотворение лёгкое, тёплое, как веяние былой любви, которая ушла – а музыка звучит под снегом. Слова любви застыли, превратились в сладкое воспоминание, светлый зимний сон о давно минувшем лете. Эти воспоминания не тяготят, а окрыляют. И лишь немного грустно, что «лепестки опали», и «крылья прахом стали». Но реют снежные хлопья. И роятся вопросы… Неужели всё минуло? В эти минуты вдохновения кажется всё возможным, потому что понимается, что ни что не проходит бесследно. И в благодарном сердце живёт любовь. «Но это белоснежное свиданье с красой зимы – как будто светлый сон». И посыл любви сквозь время и пространство, сквозь снег и лёд, которые не властны над искренними чувствами – с верой в то, что будет услышано и откликнется, «как пенье в унисон».

По форме стихотворение представляет собой классический сонет. Рифмы точные, хотя и не отличаются оригинальностью. Не понравилось звучание и расплывчатость образа: «с красой земли». Не очень благозвучно и строка «Дороги слову как сковал мороз» (союз «как» создаёт диссонанс).

Стихотворение – признание в любви, но не столько любимому человеку (любовь минувшая), сколько всему пространству, подарившему это чувство и сохранившему его в грёзах, снах, благородных устремлениях души.

 

Рецензии Юрия Сима

Белогвардеец. «Я научил тебя актёрствовать без слов…»

Любовная тема – вечная. Во все времена звучала в искусстве. Это стихотворение по мотивам мифа о Пигмалионе, сотворившем свою Галатею и полюбившем её так, что Афродита смилостивилась над ним и оживила его творение – скульптуру девушки. Лирический герой (л.г.) нашего автора, тоже слепил свою Галатею – в себе самом. Его Галатея воплотилась в его Музу. Но вот, “уже немолодой”, он почувствовал, что она, его муза, его второе “Я” … уходит от него “в нирвану”, т.е. от его творческих проблем - в “вечное блаженство”, в застой, что равносильно смерти. И у него уже не получится “актёрствовать без слов” (внутренняя драматургия жизни), “мстить пустоте” (наполнять его мир духовной сложностью, вопреки Ничто), “не рвать цветы” (хранить в памяти Прекрасное), “срываться в поднебесье, гадать по звёздам” (мечтать), “плыть по серебряной, задумчивой реке на лёгкой лодке, сделанной из песен” (петь о высоком, поэтичном), “смеяться под водой, разглядывая рыб на дне песчаном” (опускаться в неведомые глубины неведомых миров).

Всё это выражено предельно образно, ярким поэтическим языком и художественно “без лишних слов”.

 

Александра Герасимова. “Навязчивое”

Ключ к этому стихотворению - фраза “твоё имя”. Вспоминается стихотворение Марины Цветаевой “Имя твоё – птица в руке…”. О Блоке. Там, в частности, интересна звукопись («блок – блок – блок»). У Александры – категории психологические, чувственно-ситуативные, подсознательные. Здесь у л.г. и раздражение (“бросала на мокрых лавочках”), и налёт романтичности (“отпускала по ветру – лети…”), и по-детски фантазийное (“перешёптывала его сонным куклам на ночь”), и сюрреалистическое (“заточала в собственноручной глухой клети”), и окрашенное мистикой (“умерщвляла его и воскрешала тут же”), и гипнотическое (“…меняла на десятки других похожих”). И, наконец, признание: “но оно до сих пор во мне, и как будто глубже – твоё имя”. Имя часто является символом. Рассматриваемое произведение допускает и такое прочтение, что свидетельствует о гибкости авторского стиля – современного по форме.

 

Мастер Йода. “СОКРОВЕННОЕ”
Заметно следование классическим образцам.Техника стихосложения - без видимых изъянов с т.зр. её норм. Таков же стиль. Лексика – с преобладанием литературного языка. Встречаются и «штампы»: «таинство стиха…», «в полночном свете…», «стало зябко…», «надкушенные губы…», «вкус признаний и молитв, и т.д.». Стилистическая выверенность фраз. Заметил только один огрех: «Угрюмость ЗАОРАЛА в колыбели…».

Некоторая ритмическая монотонность. Зато какая живописность картин – явлений природы (сентябрь «…собрал свою нехитрую постель из листьев, трав и солнца цвета виски, вздохнул, убрал за пазуху свирель и вышел не прощаясь по-английски...» и т.д.)! Живописность невозможна без ярких, запоминающихся образов. В стихотворении их предостаточно, можно сказать, оно всё состоит из них («…и таинство стиха в полночном свете прокралось в дом сентябрьским котом: облезлым, злым, тоскующим по лету…», «…вдруг показалось, что не кровь – Нева бежит по венам супротив теченья…», и т.п.).

Идея произведения – любовь, как одно из явлений природы. Она может подвигнуть на любовный порыв, по силе страсти сопоставимый с её бурными проявлениями, - но и повергнуть в «вялость», с какой сентябрь «отмахнулся бабьим летом» от августа.

И лирический герой в момент «порыва» хочет перекричать это громадное равнодушие к себе («вдруг захотелось громко спеть тебя…», «…петь громко и со счастием в глазах!»).

Но не получилось («…звуки не идут и рот молчит… в горле спазм…»). Огромный мир, символ которого - «тайны веры и исхода», ему препятствует в этом. «Угрюмость», которая ещё «в колыбели», будет расти и дальше.

Удивительное стихотворение, написанное мастером.

 

Никита. “В ночь к семнадцатилетию...”

Талантливо написано. В одном из своих отзывов на произведение другого автора Никита пишет:

«Напишу по-существу: … бросаются в глаза слишком уж угадываемые и "затертые" рифмы...  насчет смысла: не имею права советовать, как строить замысел и подбирать тему стиха, но мне все же кажется, что яркие, четкие и резкие сравнения или же наоборот размытые и неточные параллели придают стиху какой-то...профессионализм... Во всяком случае он точно будет глубже и интереснее нежели стих прямой, в котором тупо идет описание событий».

На все сто с ним согласен и верю, что сам он придерживается этих правил.

В 17 лет так хочется побыстрее утвердиться во взрослом мире. Любим ты, или нет? - играет в этом важную роль. Сказать “люблю!” и услышать в ответ – “да!”. Но - “признанная законами, лирика, скована клятвами… строки не вслух читаемы… не раскрывают тайное, но зажимают намертво”. Нужен прорыв в другую лирику – чуть ли не на языке телепатии,- чтобы любимая могла в «шёпоте “С Днём Рождения”!», спрятанном в звёздах, услышала признание в любви!

Поразительно то, что слова, которые вполне можно признать литературными штампами любовной лирики – «полнолунные», «клятвами», “душе нетронутой”, и т.п. – у автора в контексте произведения звучат художественно полновесно. Стихотворение очень лиричное.

 

Татьяна Шеина. “Просто…”

Содержание: осмысление лирической героиней (л.г.) личных любовных переживаний… которые многим напомнят их собственные. В этом смысле оно - с чертами типического.

Форма: соотносится с содержанием. Метр, длина строки, их перебивы - оптимальны для подобного повествования. Звукопись точно интонирована.

Лексика, тропы, рифмы – просто замечательны! (“Искренность искрами в простынях потухает”, “Ты мои фобии вывел -  на свет - из комы”, и т.д.).

Произведение содержательное, яркое. 
Всё перечисленное настолько очевидно, что не требует более развёрнутых примерных комментариев. Всё “Просто…”.

 

Анна. “Пусть эта тайна…”

Первое (образное) впечатление от прочтения у меня было такое: плыву на теплоходе

по Волге; течение широкое, спокойное; вот и Рыбинское море… а там - из воды торчат маковки церквей… какие боли и печали скрыты в глубинах спокойной реки!..

Читаю текст уже как аналитик. Итак, у л.г. пробуждается любовное чувство к человеку, уже связанному с другой. Это чувство взаимно. Влюблённые, по натуре романтики, готовы, казалось бы, целиком отдаться этому чувству. Но тут у л.г. возникает внутренний конфликт между сердцем и рассудком... нравственного плана. Рассудок побеждает... И пусть сердце продолжает любить, но “эта тайна останется тайной”.

Широта, спокойствие в стихотворении задаются избранным автором ритмическим рисунком. Удачным. Любовное чувство прочитывается через неординарные образы, например, такой: “твоё дыханье на моих ресницах, невинное, как неупавший снег”, и т.п. А роковое для отношений решение - такими строчками: “Ни на один незаданный вопрос не ради нас с тобой я не отвечу…”.

Очень женское по духу стихотворение.

 

Шмелёнок. “Паранойя”

Стихотворение начинается предельно драматично: лирическая героиня (л.г.) – чуть ли не между жизнью и смертью! Причиной тому – безответная любовь, любимый,

образ которого поселился в её сердце. И, “здесь и сейчас”, такая любовь -

от невозможности её осуществления – отождествляется с “паранойей”.

Л.г. пытались лечить врачи, но к удивлению доктора, безуспешно. Далее, уже усилиями носителей мистического (шаманов), «паранойю» из сердца как будто, удалось изгнать (“кто-то в чёрном сегодня умер”). Но всё напрасно. Без образа любимого в сердце – а он и есть причина «паранойи» - у л.г. нет счастья. Требуется ответная любовь!

“И опять паранойей-змейкой ты вползаешь в нагую душу,
И, счастливая, боль танцует сумасшедше в моих висках...”

Авторский язык, с его богатыми тропами, почти осязаемо показывает “вечное чувство” в очень необычной, критической ситуации. Многостопный размер стиха, визуально напоминающий стих греческих трагедий, добавляет драматической окраски. Стиль и лексика точны и убедительны.

 

Dasha Butshko. “Признание в лю…”

Уже в заголовке недоговорено слово “любви” - признак смущения лирической героини. У читателя возникает вопрос: “Почему?”.

В первой же строфе в художественный оборот вводится библеизм “запретный плод” и библейская героиня Ева. Здесь они - символы сложности любовного чувства, включающего и её греховную сторону. Этот библеизм – ключ к пониманию всего произведения:

Л.г. “примеряет на себя” эту сложную любовь. Она оглушена от “люблю”, как от звона колокола (здесь: отражённый символ непорочности) в вечерней тиши, пребывает в смятении духа.

Во второй строфе автор драматизирует ситуацию до конфликта чувств смущения и сложности любви: “Светофоры показывают красный: «Опомнись! Стой!”, своеобразное “быть или не быть?” любви. И вроде бы ответ: “быть!”, потому что “…подсаживаешь на себя, как на героин” (героин – символ греховного блаженства), против которого л.г. устоять не может.

В третьей и четвёртой строфах этот мотив уточняется, формулируется:

“Ты – мой тайный культ. Мой проигранный бой”.
“Ты – мой кольт у виска. Мой бешенный сердца ритм”.
А в концовке возврат к началу - отказу от признания в такой любви “Это было признание в лю…нет. Пустое. Забудь.”. Один виток, из первых, по спирали развития любовных отношений.

Особенности организации текста – сбои ритма, рифмовка только чётных строк - здесь передают эмоциональные скачки л.г., придают тексту свои черты.

В целом “Признание в лю…” - яркое произведение с интересным содержанием, запоминающейся образностью, лексикой из сегодняшнего дня.

 

Сергей Тимшин. “О сердце женском” 
По форме - произведение–исповедь. Избранная поэтическая форма: размер, метр - приближаются к прозаическому. Строфы – не часто встречающиеся пятистишия. Такая форма удобна для повествования, где важную роль играют логическое ударение, интонация. Произведение с большой плотностью разнообразных образов, встроенных в обширное личностное время-пространство. Тропы – изощрённы, точны, убедительны: “Теменью жаркой в гриппозной декабрьской сини…”, “…будто выдавил с кровью каленый обломок жала….”, “звенящую звёздность и лунность , и утра поляны серебряные…”, “в полдень погас на снегах янтарь…” и т.п.

И, наконец, почти кредо: “Ты мужчиной поймёшь, что нельзя в одиночестве собственным сердцем согреться”.

Самобытное произведение, прежде всего - своеобразным и сложным авторским стилем. Мощь жизненной правды сочетается с глубиной-высотой переживаний л.г., с философским осмыслением автором природы любви мужчины к женщине.

 

Irina. “Шабанову В. (в память)”
Читаем:

“- Я думала, подобного тебе возьму на руки,
Но нет тебя, ни рук, ни сына нет.
- Иди, уйди..., - сказал, - своей довольно скуки.
Не верь, постой, хоть пару тысяч лет.

Осенняя янтарная стоит твоя собака,
И дом хромой, и дворник в доме том,
В глаза смотреть учусь, учусь, смотря – не плакать.
И я в собаке, в дворнике седом.”

Уже прочтение первой строфы озадачивает. Что за – “ни рук”, “постой пару тысяч лет”? Можно было бы подумать – какая-то чушь. Но… вторая строфа – с т.зр. мастерства версификации - просто блестящая! Какая аллитерация “т”, ассонансы “о” и “а”, а сколько смысла потаённого во фразах! Значит, и к первой надо приглядеться повнимательнее, попытаться загадку разгадать.

“Подстрочник” (для себя) получился таким:

Первая строфа.

Л.г. мечтала о жизни с любимым, о том , что возьмёт на руки сына, подобного ему. Но случилась беда – он ушёл из жизни. У л.г. опустились руки (“нет…ни рук”). Почему не сложилось? Виною обстоятельства, опустошившие душу любимого. И он – то гнал л.г., то просил быть рядом с собой навсегда (“постой, хоть пару тысяч лет”).

Вторая строфа.

И охотничий пёс, и полуразвалившийся дом, и дворник, - всё напоминает о любимом.

Л.г. смотрит на его фото и её слова “…учусь, смотря – не плакать. И я - в собаке, в дворнике седом”, учится жить без него, без существовавшего в воображении сына, мысленно растворяется в обстановке (“и я в собаке, в дворнике седом”), чтобы на время снова почувствовать себя с любимым.

Поражает смысловая ёмкость фраз и одновременно их поэтическая художественная сила.

И окончательный вывод: несмотря на то, что стихотворение небольшое, оно, вобрало в себя целую драму!

 

Поделиться с друзьями:

Александра Герасимова # В черный список 9 февраля 2012 в 13:23 +7
большое спасибо всем трём членам жюри за выбор моего текста.
Юрий (Гельман)! спасибо за такую высокую оценку.  и за то, что принимаете моё собственное видение стихотворной формы.
Ольга! спасибо за обстоятельность (не только в отношении моей работы). «собственноручный» - не есть «написанный своей рукой» (это специфическое, местное употребление). в широком же смысле – это «сделанный чьими-либо собственными руками, осуществленный кем-либо лично». хотя, знаете, мне даже понравилось предложенное Вами прочтение – метафизическая клеть, начертанная/выписанная/нарисованная собственным воображением лирической героини и используемая ею в качестве средства психического мазохизма – это интересно, как минимум)
Юрий (Сим)! отдельные благодарности за то, что Вы сумели считать практически все сенситивно-эмоциональные мотивы этого текста, и так, как их мыслит сам автор)
спасибо спасибо спасибо
А.
Мирошникова Ирина # В черный список 9 февраля 2012 в 20:22 +1
Уважаемый Юрий (Гельман)! Искренне благодарю Вас за рецензию на моё стихотворение. Вполне осознаю, что нарушения ритма присутствуют (сказывается неопытность, работаю в этом направлении). Но всё равно очень приятно быть отмеченной таким замечательным поэтом, уважаемым членом жюри, как Вы. И хотя стихотворение написано о тридцатилетней ВЗАИМНОЙ любви в браке, принявшей образ глубокой нежности, меня даже порадовало, что возможны и другие интерпретации данного текста. Спасибо за добрые слова и Ваше внимание.
uglevi # В черный список 9 февраля 2012 в 23:37 +1
Счастья вам, Ирина! И творчества!
Нежное лето # В черный список 9 февраля 2012 в 22:00 +4
Хорошие рецензии. Произведения выбраны прекрасно. Все читала. Согласна с жюри. Пойду голосовать smile
Наташа Горбань # В черный список 10 февраля 2012 в 05:57 +1
Спасибо всем кто прочел мое стихотворение! Спасибо, Юрий, за такую высокую оценку! для меня это очень радостное событие!я даже этого не ожидала, ведь главнее всего было участие, но как говорится: плох тот солдат, что не хочет стать генералом! Я буду стараться и участвовать в следующих конкурсах .Еще раз Большое Спасибо!
uglevi # В черный список 10 февраля 2012 в 21:26 +2
Удачи вам и вдохновения. И еще - любви, без которой все остальное бессмысленно.
Белогвардеец # В черный список 10 февраля 2012 в 11:17 +3
Спасибо вам Юрий за ваши рецензии,с признательностью и уважением,Олег
Елена Севрюгина # В черный список 11 февраля 2012 в 21:55 0
Спасибо Вам, Юрий! Ваше мнение очень ценно для меня! Вы, конечно же,  правы - стихотворение, представленное мной на конкурс, не из разряда шедевров! Но, как Вы и отметили, я вложила в него всё лучшее, всё самое светлое, что только было в моей душе. Пользуясь случаем, хочу сказать, что очень люблю Ваше творчество. Ваши произведения - пища для моего ума и бальзам для моего сердца! Спасибо!!!
uglevi # В черный список 12 февраля 2012 в 12:00 +1
Спасибо, Елена, за столь теплые слова в мой адрес. (Главное, чтобы не ревновал тот, кому вы посвятили конкурсное стихотворение))))). Всего вам самого светлого в жизни и творчестве!
0 # В черный список 11 февраля 2012 в 23:27 +3
Уважаемые члены жюри, огромное спасибо вам за вашу работу, за прекрасные рецензии на отобранные стихи... и, конечно же, глубокая благодарность за столь тёплые отзывы о моём стихотворении! Тронута до глубины души... для меня самой это произведение очень важно - тем приятнее осознать, что оно не оставило равнодушным кого-то ещё.
Ольга, я поражена - Вы столь тонко прочувствовали все нюансы, изложили их в прозе ещё более мастерски, чем я в стихе). Спасибо огромное - и за замечания тоже, я их учту! Позвольте только пояснить, что яблоко здесь - отсыл к той самой сказке о Финисте ("катится яблочко по блюдечку", помните?  и позволяет Алёнушке увидеть образ своего возлюбленного). А "к счастью" - потому что только одна.
Юрий и Юрий, огромное спасибо! Я рада, если всё действительно оказалось просто:)
0 # В черный список 12 февраля 2012 в 13:17 +1
Татьяна, про яблочко я как раз-то и поняла - и оценила. Сюжет сказочный! У меня в стихах есть нечто подобное, только там "сердце по блюдечку...Ведь неперёд - яблочком верно б поспело к Успению". И бусинка в простынях, и искры искренности, потухающие к утру  - мне тоже понятны. Мне лишь кажется, что яблочко катится яблочком, а бусинка - бусинкой... Но это нюансы, а стихотворение - как будто "моё". Спасибо!  Пусть в Вашей любви не будет ни одной "бусинки лжи"!
0 # В черный список 12 февраля 2012 в 20:12 +1
Спасибо огромное, Ольга! Очень на это надеюсь:)
А "сердце по блюдечку" - это ещё более сказочно должно быть. Найду у Вас!