Город-счастье (отрывок из повести) Чечня 1994-96гг.

Автор:
Опубликовано: 1855 дней назад (8 ноября 2011)
Редактировалось: 5 раз — последний 8 ноября 2011
+1
Голосов: 1

Сейчас я просто описываю случаи. Разные. И один из них повествует о том, как я «украла» автомат…
Кто из вас не варил каш, супов и прочей еды? Наверное, каждый. Хотя бы раз в жизни. Но всё же не каждому доводилось делать это на походной печи, не знаю какой конструкции. К тому же, работающей на дизельном топливе. А проще – на солярке. Кстати сказать, печка не маленькая, а очень даже приличных размеров. Есть куда пристроить кастрюли, сковороды и чайники одновременно. Одним словом, хорошая печка. Жаркая. Мне нравилась – интересная такая.
Штаб полка размещался в одной из покинутых квартир, а так как квартира составляла едва ли не половину большого дома, то места хватало и для собственно штаба и для спальни и для кухни. На кухне мы, за стеной комсостав – каждый занимается своим делом…
Как то так случилось, что в тот день я обреталась в кухне одна – жарила рыбу. Подруга где-то шастала, ребята из комендантского взвода то же. Откуда ни возьмись, заявился парнишка – вроде из комендантского, вроде – нет, но в лицо я его знала – водитель. ГАЗ – 66 водил. Не знаю, за каким лихом захотелось ему подкачать в мою печечку топлива. Да, видно, перестарался паренёк – полыхнуло так, что мама не горюй. И я, и он понимаем, пожара вдвоём не потушить и я как ошпаренная вылетаю на улицу. Народу, я имею в виду военных, потому что на то время в посёлке больше никого не было, полным-полно, кто – чем занят. У меня в руках вилка с наколотым на неё куском рыбы (почему-то не бросила) бегу, вилкой размахиваю и ору, как бешеная:
- Пожар, горим!

редставляете, никто не поверил, думали – шучу я так. Стоят, ржут как лошади. Кто-то даже, помнится, подначил, подколол как-то. Им-то что, к пожарищам не привыкать, а я, прямо скажем, очумела. Хорошо разведка рядом, видать присмотрелись к моей испуганной физиономии и бегом в кухню, а там…
Короче, тушили пожар три роты, всю воду извели, но потушили. Но, конечно же, сгорели все продукты, а заодно одна очень нужная солдату на войне вещица – автомат. Да знаете, смешно так сгорел – стоим мы на улице, в кухне последние головни дотлевают, и в ней никого нет, кому же охота в чаду возиться? Но всё равно как бы и есть, потому что не тихо в ней, в кухне-то, а очень даже громко. С одной стороны смех, а с другой грех. Мы-то, конечно, смеёмся, схватившись за бока, хохот стоит на всю улицу, но не до смеху тому рядовому из комендантского взвода, чей автомат накалился в огне до предела и строчит сам по себе от перегрева. «Та-та-та-та-та» – только и доносится из кухни. В общем, стрелял автомат, пока в магазине патроны не кончились. Ну и мы туда ни ногой, это где же такое видано, чтобы попасть под пули такого фантома?
Шутили, конечно, по этому поводу напропалую, но тому солдату не до шуток, коли остался безоружным. И придумало начальство такой выход – пока новый автомат придёт, будет у него в случае чего «как бы» автомат, то есть один на двоих с кем-нибудь –  «поносить». Сутки один «носит», сутки – другой. По очереди.
А тот парнишка, безоружный, Димой его звали, всё время влипал в какие-то мелкие переделки. Невезучий, да и только. К слову сказать, это мы из-за него поварихами заделались, это его стряпня начальству поперёк горла вставала. Но я, честно говоря, жалела его – то сигарет подкину, то просто поговорю по-человечески. А то вечно, что ни случись – Дима виноват. Все кому не лень орут на него. Бывают такие – козлы отпущения. Вот он из таких. А тут ещё автомат сгорел и ни у кого-нибудь, а именно у него. Рок какой-то. И замечала я – уставал он сильно. К вечеру еле ноги таскает. Ещё бы – вся грязная работа на нём! А как спать ляжет – не шелохнётся от усталости. Так вот, делил он автомат с одним своим сослуживцем, Сергеем звали. Тот что? Парень видный, уважаемый, серьёзный. Хороший и солдат, и человек. Один из лучших во взводе.
Это предыстория, чтобы понятнее было.
Переехала кухня, а вместе с ней и комендантский взвод в соседний дом, а заодно и мы. Теперь кашеварим там. А тесно, не повернуться, не то, что прежние апартаменты. То одно мешает, то другое. Ни вздохнуть, ни чихнуть, обязательно лбом треснешься обо что-нибудь. Это кухня. А через маленький коридорчик – полшага – спальня комендантского взвода. Тоже малюсенькая…
Стоял прекрасный погожий денёк, тепло, солнечно – ведь март на Кавказе – это уже весна. Настоящая. Видимо, поэтому в доме никого не было.
Захожу в кухню – пусто, туда-сюда – никого. Тогда я заглянула в спальню мальчишек. Стою на пороге и соображаю – все ли «дома» у этих людей? С такой беспечностью я столкнулась после только один раз, да и то та беспечность явно была показной, а тут…
Вплотную друг к другу стоят шесть односпальных кроватей, а на них таким ровным рядком «спят»… автоматы. И никого. Заходи, бери, выноси. Оно, конечно, вокруг одни войска сплошные и всё же. В родном доме и стены помогают, а вдруг нашёлся бы желающий. Стояла я это, стояла, соображала, соображала и решила их… проучить. Чтобы не бросали оружие как попало. Война есть война. Одним словом, цапнула первый попавшийся автомат, не знаю чей, всё равно они для меня все на одно лицо – железо оно и есть железо. И заметалась по дому – куда бы спрятать. Нашла каморку, в ней ванная, в ванной гора хлама – вот в неё-то я автомат и пристроила, аккуратно так сверху мусора положила, дверь притворила и с чувством выполненного долга отправилась в кухню. Варить.
Прошло часа два. Ребята приходят-уходят, тут и подруга заявилась, ещё кто-то был, а всё тихо. Про автомат никто не интересуется и ладно. Никто пропажи-то и не заметил. Во как!
И что вы думаете? Забыла я про него. А зачем мне про него помнить, когда своих забот полон рот?..
…Я же в который раз бьюсь об совершенно не нужную в кухне раковину. Только место занимает, воды-то всё равно нет, и решила я её убрать, то есть совсем оторвать и дело с концом. А так как у самой силёнок нет, то и позвала я на помощь того самого Серёжу. Объяснила что почём, он кивнул, выдернул раковину и понёс её в… ванную. Там у них, оказывается, был склад мусора. А я-то не помню про… и вдруг…
- Димо-о-он!!! – дикий ор на весь дом. Бешеный, злющий. Мёртвого из могилы поднимет. И тут я вспоминаю, что у «меня» там, в ванной, кое-что спрятано.
На ор прибежали все, кто услышал трёхэтажные Серёжкины маты, в том числе и Димка. Я же стою позади Сергея, заглядываю ему через плечо и вижу – лежит себе спокойненько автоматик на мусоре. Какой был такой и остался. Даже не запылился. А что ему за несколько часов сделается-то?
Серёжка, как давеча я, то ли от злости, то ли отчего-то ещё другого, раковину не бросает, держит её в руках, прижимая к животу, и орёт как блаженный. И всё на Димку, и всё матом. Раковиной трясёт.
Оказалось, что стащила я их автомат «на двоих». Откуда же мне было это знать? А Сергей ничего, молодец, своё «ружьё» издали в лицо узнал.
Вот он распекает Димку, вот блажит. Ну, тут у меня выдержки не хватило, я смеяться начала, да и рассказала им, чьих рук дело нынешнее месторасположения их брошенного оружия. А так же объяснила, почему я так поступила – чтоб неповадно было бросать на произвол судьбы такие вещи. Да и Диму заодно защитила. А то он, бедняга, отнекивается, а Серёга ему не верит. В тот день была Димина очередь автомат «носить». Едва я пацана не подставила.
Потом, конечно, смеялись все. Но мне, однако, эти смешки едва боком не вышли, когда явился по мою душу капитан из ФСБ для приватной беседы. Узнать, зачем это мне понадобилось прятать оружие? И популярно так объяснил, что со мной было бы, пропади автомат на самом деле. И не только со мной. Но и с подругой. Ведь кроме нас в штаб из местных никто не был вхож. Припомнил мне и тридцать седьмой год... Стращал, конечно, больше. Но кто его знает?
Как ни крути, хоть в ножки кланяйся, а всё едино – чужие мы им были. Местные. Те самые чеченские шлюхи. И не верили они нам. Не доверяли до самого конца. Мы им были просто удобны. Вот так-то. Русский русскому друг, товарищ и… кто?
Этим мы были чужими. Своим мы стали чужими. Ещё с 91 года. И тех и этих с 91 готовили к войне, и только мы ничего не знали. Даже не догадывались. Хотя, что я говорю? Не догадывалась я. Наивная дура. А ведь видно было по всему. По разгромленным войсковым частям, откуда первые партии оружия потекли туда, куда надо. По военным парадам, устраивавшимся на площадях и улицах, по наглому поведению поднявших вдруг головы некоторых личностей.
А русские уезжали и уезжали, только я боялась тронуться с места, ведь дальше Ставропольского края мы уехать не могли, а там уже начался голод от наплыва беженцев. Ещё задолго до войны. Не было работы. Не было ничего. Если бы я знала тогда, какие испытания лягут на мои плечи, ещё тогда – в 91 – я бежала бы из Чечни без оглядки. Потому что настал год 96 - мой судный день…[/h3]
Эпилог | Кошелёк
Теги: война

Нет комментариев. Ваш будет первым!