ПЯТАЯ СТРАЖА - 2

Опубликовано: 1821 день назад (30 июля 2012)
Рубрика: Без рубрики
Настроение: Супер
Играет: Джаз
0
Голосов: 0
24 января.
Выбор человека – это колыбель его судьбы.
R выбрал написание мифов…
Мифологию…
Мифотворчество…
Дети играют в высокой ржи, не ведая, что поле обрывается пропастью.
«Где пастыри стада сего? Я пойду, Отец мой, ибо я возлюбил…»
Сентиментальная точка зрения.
Она много шире христианства…
И мастер R пишет длиннейшую историю о том, как человек приходит в жизнь, охватывает её чувством и руками. Поет Аллилую и Бесаме Мучо. Пишет о себе для друзей и врагов. Хранит верность и ненависть. Борется с драконом. Стережёт овец. Охраняет свои дома, книги, виноградники. Присматривает за неразумными женщинами и малыми детьми. Он умирает, поднимается вновь, оглядывает несжатые, темнеющие хлеба и созывает детей к ужину. В доме горит огонь, и двери открыты настежь…
Десять тысяч лет сна тому назад R уже жил, дышал и помнил мягкий, розовый светсредиземноморского заката, насквозь живой и (вроде бы) наделённый сознанием. Анжела клала голову на подушку, а R гладил её руки и волосы, и они вместе тихо смеялись, потому что всё было хорошо и прекрасно, и никто их не видел, и никто им не мешал…
И все древние ящеры в округе употребляли глубокий сон для борьбы с неудачной своей ферментацией. Вещность тогдашнего мира. Впрочем, мифотворчество уже существовало. Имелось в наличии…
  По-видимому, мифотворчество – своего рода компенсация за человеческую смертность, за конечность составных элементов… Любопытная, коренная способность к очеловечению природы и опредмечиванию человека…
  Это разросшееся, усугубленно-эстетическое качество, вроде того, как последний (сплющенный) позвонок с некоторых пор стал именоваться черепом…
  А сегодня – воспоминания о разных разностях. Настоящих, прошедших и будущих. Квартира на улице Мукими (метро «Хамза», магазин «Байрам»*  – «Байрам», который всегда со мной…) переполнена мыслями. Отсутствие мебели компенсируют кипы книг, перетянутых шпагатом: Эрнест Хемингуэй, Генри Миллер, Курт Воннегут, Сальвадор Дали, Петер Хандке, Джеймс Джойс, Франц Кафка, Марсель Пруст, Зигмунд Фрейд, Фридрих Ницше, Альбер Камю, Герман Гессе, Уильям Фолкнер, Джон Апдайк, Ален Роб-Грийе – неплохая компания. Хорошо сидим…
Лекарства, табачный дым, разбросанные книжки стихов, замученный воздух в комнате, зимние цветы и странные разговоры с Анжелой. Характерно, что эта женщина вызывает в R очень тонкое и сложное отношение к себе. Таковы микросведения о том, что такое поэзия и как она возникает в нашем мозгу…




25 января.
Не надо хвалить R.
Его тщеславие и самомнение давно издохли, ничего не оставив взамен…
Когда-то где-то она подарила ему несколько добрых слов.
Отблагодарить её было нечем.
Пришлось прибегнуть к убогому способу малоимущих и неудачников.
Есть что-то беспомощное, трогательно-ублюдочное в эпистолярном жанре.
      R вначале удивился своему открытию,  потом  рассмеялся,  после чего, все более и более вдохновляясь открывшейся новой возможностью,  начал писать ей письма,  придавая тексту то,  что называют чувством и смыслом; он мгновенно оценил возможности этой хотя и несерьёзной, но забавной  игры, из ничего извлекающей выгоду …
      История знает романы в письмах.
      Один взор, пятиминутная встреча – и переписка на всю жизнь.
      В письмах  любить легче. Мазохизм какой-то,  самолюбование  придуманной любовью  к  придуманному  персонажу.  Окучивание,  старательное взращивание, лелеяние придуманной любви к придуманному человеку.
      Так легче, так чище, так идеальнее,  так воздушнее,  так печальнее и оттого острее.
      Так надрывнее, вразнос, остро – до бритвы.
      ...Милая... Смею ли я... Как я взволнован  Вашим прошлым письмом, я сам, как и Вы, много об этом думал...
      Только разлука оттачивает тонкую любовь.
      Разлука –  это письма, чуткие переживания.  
      Совместная  жизнь –  это  быт, стирки,  ругань.
      Опять спит в бигудях.
      Опять пепел на ковёр стряхивает, идиот…
      Опять она в драном халате, мымра.
      А  разлука...  
      Дух  взмывает  ввысь,  вдаль  от пресыщения, к  звёздам, навстречу  любимой. И тоскует, тоскует там, облекаясь  в эпистолу, утончаясь до платонизма.

     ...Но у  нас не было любви. У  нас была красивая игра. Очень  красивая, правда?

Остается одно – юмор, ирония, сарказм и все производные.
Ирония – универсальная отмычка для вещей, достойных печального размышления…
Юмор R – внесение академичности и критической трезвости в   ч у ш ь.
И чем  ч у ш ь  чудовищней – тем проще, доричней говорит о ней R.

      Насмешники – хорошие пророки...

В какой-то «Независимой газете» московский литератор Глеб Шульпяков (он же – хлеб шуле пеков) назвал мистера R «похабником и пересмешником»…
Естественно, R возмутился:
– Как, я был… похабником???
– Да, товарищ, в моём сознании вы были им!..
И это о мистере R, который воловьими усилиями умственных мышц, без членского (писательского) ценза – пробился таки к проблемам высшей культуры?!!

Ничто нас так не мучает, как ощущение собственной потенции.
Жанр R – наскальная живопись, настенная литература.
Чтоб глаза – во флюгер!
Они все ещё не осознали, но они все это уже получают.
Русский ответ на еврейский вопрос.
Русский стиль.
Татарский размер.
Отвечает Казанский Казанова – R…
Стирает грани между реальностью и вымыслом…
Превысокомногорассматривающий будущие плоды тотальной славы…

P. S.  Жизнь не заканчивается, если у тебя есть Анжела и парочка историй, чтобы ей рассказать…




26 января.
Хлестаков.
Прелестное изменчивое существо, живущее радостно и для радости.
Деньги – средство избавиться от неприятностей.
Как легко и непринуждённо разводит долги и лохов.
И вот он снова – прелюбезен и обаятелен, как герой и собеседник.
Что же делать – денег он не вернёт, но увидеть его и побыть с ним несколько часов – дороже всяких счетов…
И такое великолепное пренебрежение к страданиям и горестям бренного мира в его лице и интонациях, что начинаешь презирать и то, и другое…
Как классно хотя бы иногда перечитывать Гоголя.
R нравится думать, что он должен был бы родиться для приятного кудрявенького водевильчика, а между тем он впаривается в очередную беспонтовую трагедию.
И всю жизнь у R не проходит чувство нелепой ошибки.
Вместо сверкающих куплетов бродвейских мюзиклов, вместо девушек нежных и ласковых, как во французских фильмах – старухи на скамеечках возле подъездов, сборщики налогов и податей из ЖЭКов, ДЭЗов, Горгазов, Горэнергосбытов, Горводоканалов, участковые инспекторы и иже с ними.
     Имя им – легион…
И R всё меньше надеялся на чудо и всё больше налегал на коньяк.
     Ибо реальность есть галлюцинация (нация Галлюци), вызванная отсутствием алкоголя…
Беспробудное пьянство одержало верх над половыми излишествами…

Анжела, R думал о Вас. Слишком много думал…
Анжела, какая грусть!
Была – и нет…

R – смешной, трогательный, с примесью горечи.
     R лишь хотел что-то сказать и быть услышанным …
Шоу продолжается, пока нас не прогонят.
Где угодно, с кем угодно, когда угодно, сколько угодно,  за сколько угодно –
лишь бы: «Да!»…
Интимные места требуют удовольствий и заглушают разум.
В этом сложном и трижды безумном мире.
R рождён для счастья – а вынужден работать…
Всё, что в жизни есть хорошего – либо незаконно, либо аморально, либо ведёт к ожирению…
Бойтесь желаний – они исполняются!
Назло врагам – на радость маме!
Или: «Не ломай комедию» – сказал Немирович…
«Получишь трагедию» – добавил Данченко…
«Не верю!» – сказал им обоим Станиславский…
R мог часами плакать о том, чего никогда не было и не будет.
Теперь R было хорошо  за сорок…

Размышлять о своей судьбе с ясностью, возможной лишь тогда, когда покончены счёты с одной жизнью и ещё не начата другая.
Холодно думать о своём несчастье и воспринимать его трезво, без всяких иллюзий.
Как будто услышав о нём из чужих уст…

«Спешу уведомить тебя, душа Тряпичкин, какие со мной чудеса…»




27 января.
Сегодня – другой день.
Сижу за чаем с книжкой – коротаю вечность.
Несправедливо устроен этот мир (при полной искренности – это не звучит банально). Желание тишины, покоя и неподвижности – вполне законное и закономерное следствие бессонницы, всяческих передряг и неприятностей в отношениях с себе подобными…
Насчёт того света не знаю.
В голове мешанина из буддийских, христианских и мусульманских положений по поводу бессмертной души, реиркарнации – в которую хочется верить.
Может быть, действительно нельзя относиться к этому серьёзно.
Однако ничто не даёт такого тончайшего и непреодолимого приближения к глубоко отрадным, идиллически-безмятежным, инфантильно-безответственным образам.
Точнее, это не так.
Ты их чувствуешь такими, хотя по содержанию они могут иметь совершенно различный смысл.
Прежде всего, надвигается издали, наплывает странный, очень живой, розовый, удивительно лёгкий, невесомый, радостный свет…
У меня был когда-то друг – поэт Рауф Парфи, теперь он стал совсем иным и по-другому ко мне относится в этом свете.
Но разве это возможно, если он умер?
Это очень моё, я сам мало что могу толком объяснить…

… R глядел на ночной город, на звёзды, которые сверкали из темноты, и из этой темноты вдруг возникали люди его прошлого,  то приближаясь, то удаляясь:
Рауф Парфи, Ахмад, Равшан Файз, Ходжиакбар Шайхов, Саша Корнилов, Рим Юсупов и многие-многие другие…
Похороны Рима Юсупова, несмотря на свою бедность и немноголюдность, произвели очень трогательное и не очень омрачённое впечатление. Погода стояла на редкость ясная и солнечная, и уголок на кладбище достался Риму светлый…
Собрались его немногочисленные друзья и, несмотря на мусульманский запрет, пили вино, вспоминали Рима, читали его стихи, и говорили ещё в его неостывший след, что да, у каждого человека своя судьба и т. д.
Следующий день был очень тяжёлым.
И уснуть R не мог.
И R уснул.
И приснился ему сон: медленно кружился мир тех времён, когда мама кричала ему, чтобы он слез с дерева, и её лицо вместе со всеми другими лицами плыло в изменчивом, зыбком потоке неузнаваемого. Замедлилось время и вовсе остановилось. И R увидел в этом остановившемся времени всю свою прошлую жизнь, словно киноленту – разбитую на кадры, на великое множество как будто забытых фотографий…
И приснился ему сон: к нему домой пришёл Рим.
В руках у него была баклажка с домашним вином, подтверждавшая его намерение жить…
      Стремительно кончаются жизни, подумать только!
      R ещё слышит его живой голос. Голос совсем близко. Рим что-то говорит ему.  Он спешит. Но вот он замолк.  Наступил  день,  когда его голос замолк. Вот и его скорбящая душа оставила, наконец, R и всех оставшихся в живых, и эту страну в покое…
R что-то мешает в груди.
R хочется глубоко вздохнуть.
И вот от первого, ещё лёгкого вздоха они вдруг появляются – из таинственного небытия, бесплотные, неуловимые:
Булат Окуджава, Анатолий Передреев, Римма Казакова, Рузы Чарыев, Явдат Ильясов, Фильдрус Камалов, Шавкат Рахмон, Надыр Хачилаев, Владимир Медведовский, Василий Галяпин, Михаил Гребенюк, Мухаммад Юсуф, Чори Аваз, Саша Нигматуллин, Дим Саныч…
R их узнаёт.
Да-а-а, R их всех, всех знает…
Вот они выплывают, возникают из темноты, реальные, в то же время смутные, словно воспоминания. Они называют R по имени. Как  бы  окликают в лесу давних лет.
Полумифические, полуреальные образы прошлого, очень странные и непонятные…
Там можно жить сразу всем: давно и недавно умершим людям – бывшим друзьям и бывшим врагам.
Там время не властно над ними…
Там люди, которых мы помним, говорят нам всё те же слова, которые мы уже однажды слышали от них.
Причём это можно слышать снова и снова, хоть целую вечность…
Давно сорванные, увядшие и выброшенные цветы расцветают опять и благоухают так нежно, что невольно сжимается сердце и хочется плакать…
Жизнь так устроена, что вина перед умершими, независимо от того, жили мы рядом или в разлуке с ними, – преследует каждого из нас…


28 января.
Живу по-прежнему.
      Иначе говоря – до сих пор не смею ничего с собой сделать.
      Немного пишу, мечтая раствориться в абстрактном безразличии.
      Прошли времена моей глупой молодости или моей молодой глупости.
      Пиша – утешаюсь горизонтами своих перспектив.
На все четыре стороны света…

А закаты стоят – распахнутые настежь.
Тысячевёрстные ветры пляшут на земле европейской России.
А снега лежат белые…
Лежат белые снеги…

  А у R – в самом центре Центральной Азии – накатанные маршруты:
  зал – коридор – кухня – ванная – туалет – спальная – кабинет, иногда – лоджия.
  Телевизор – газплита (чай, кофе, сигареты) – магнитофон (радиоволны – FM) – печатная машинка «Москва»:
это меню (типа – ассортимент)…

А вокруг стихия – рассудочного мещанства, исламской покорности, христианского сентиментализма, национальной приверженности…
А если выйти из дома через две двери (одна – деревянная, другая – типа железная) – пункты назначения:
Россия – посольство, Росзарубежцентр, Русский культурный центр;
Татарстан – постпредство, Татарский культурный центр, Международный комитет по спасению Арала (председатель – татарин);
Германия – посольство, Институт Гёте, Фонд Аденауэра, Немецкий культурный центр;
     Швейцария – посольство, Швейцарское бюро, швейцарский сыр, швейцарский шоколад, швейцарские часы, Швейцарский банк, Швейцарская гвардия Ватикана, ещё швейцарский военный нож;
     а также офисы, штаб-квартиры зарубежных посольств, фирм, фондов (фандейшн), спецслужб и разведок всех мастей – и все типа заняты, работают на работе, служат на службе, компьютеры, факсы, скайпы, ксероксы, секретарши с аккуратными аппетитными попками, координаторы, модераторы, мониторинги, анус-лизинги, джипы «Чероки», «Лендроверы», «Лендкрузеры» и «Ниссан-патрули» на шипованных резинах, и всем им – на хрен!
      – н а   х р е н ! ! ! – не нужны
      поэтические изыски,
прозаические эксперименты
      и литературоведческие исследования мистера R…
      На их лицах – специфическая улыбка чиновников, которые хотят продемонстрировать,  до чего они устали, а также свои усилия скрыть эту усталость. Очень жаль – они, в самом деле, ужасно заняты. Но по-прежнему мило улыбаются. Когда R обращается к ним с вопросами, они перестают улыбаться, они пытаются вспомнить…

      R не знает, куда ему деться, как вынести самого себя.

      И всякий раз его вылазки из квартиры в жизнь заканчиваются беспонтово (в смысле – голяк!).
      А дома ждёт Анжела. Извечное женское ожидание – как всегда, во все времена, во всех уголках земли женщины ждут возвращения мужчин с войны.  
      Да-а-а…
Дорога к знаниям – г о л о д н а я  д о р о г а .
Но если не использовать знания – зачем они нужны?
      Размышлительная тема…
R смотрит в свои узкие прекрасные глаза и видит печаль…
В конце всех дорог залегли караваны печалей…
Ж и з н ь  –  с м е р т ь    –  с о в о к у п л е н и е:
      вот три темы – красной нитью пронизывающие все текстаменты мастера R…
И  н а  х р е н ! – им всем нужна эта  х р е н ь !
И не надо им эту  х р е н ь  втюхивать и впаривать…
      Они намного умнее и хитрее, чем тебе, мистер R, кажется…
Если ты, мистер R, не веришь – открой свой пустой холодильник «Днепр»: там у тебя мышка от голода повесилась!
      Чуден «Днепр» при тихой погоде…
  Любовь и голод правят миром…
  Любви у тебя валом, а желудок чем будешь набивать?
  Желудок добра не помнит – это добро надо систематически, регулярно подтверждать, дважды – трижды – четырежды (как получится!), но  е ж е д н е в н о …
Любовь – это эмоции. Если эмоции правят разумом – это значит, что разум слаб…
Главное не интеллект, а настойчивость и умение правильно себя подать, знание людей и их взаимоотношений…
Главное – не терять равнодушия!
Взгляни на чело вождей, как правило – интеллектом не изуродованы…
Музыку заказывают, ужин ужинают и женщин танцуют – посредственности.
Посредственные люди распяли Христа…
Golliwood стерилен до посредственности.
Масс-культура агрессивно посредственна.
Взгляни на фотографию президента (с супругой) самой крутой страны:
Какой «Золотой IQ» (ай`кью)? – Буш и жена – одна сатана…
      По телевизору передавали, что Джордж Буш ковырялся в носу и случайно включил мозг.  
      А коэффициент его интеллекта равен комнатной температуре.
Пространство культуры является полем битвы, войны с драконом посредственности.
Мир на глазах шимпанзеет.
Всемирный Год Обезьяны продолжается.
Шоу-бизнес?
Это организация бионегативных людей.

А в шоу-бизнесе большинство –
Сексуальное меньшинство…

Герои ГОМИНТЕРНА…

У нас нет шоу-бизнеса.
По идее бизнес должен быть для шоу, а у нас – шоу для бизнеса…
Н е в е р и е    н и    в о   ч т о  –  р а д и    с ы т о й    ж и з н и :
     эту мульку подсунули, пропихнули вместо идеалов, религии – всему пост-советскому    
     п р о с т р а н с т в у.
Как китайский дерьмовый ширпотреб…
Средства Массовой Дезинформации – СМД…
Вместо ВВП –
ФДП – ФИКтивно-ДЕМОНстративный продукт.
А пипл хавает…

А где Россия?
Страна победившего алкоголизма?
Ау, матушка…
Где твои властители государственных дум и обладательницы собственных тел?

И что это такое: конфликт сознания или сознательный конфликт?..
Присутствие гравитации никому не даёт подняться с колен.
Левитация отдыхает…
Всем важен оргазм – и никому не нужна прелюдия и даже сам процесс…
Все забегают вперёд – без очереди – расталкивая ближних локтями.
Жизнь коротка до боли – бери у неё всё, но R споткнулся о свою совесть…
Многотрудный и жизнеопытный R никак не может освоить закон бутерброда (не путать с бутербродом падающим): хлеб должен быть с маслом, масло должно быть с сыром, а сыр должен быть швейцарским…
Хочешь швейцарский бутерброд? – Изучай самую главную науку: как добиваться того, чего хочешь…
А куда девать необходимость R возмущать покладистую чистоту белой бумаги пьяненьким бегом расшатанных строчек?
Милый человек, даже самая плохая пчела не имеет права быть ленивой.
А порядочный человек тот, кто ничему не удивляется и не принимает себя всерьёз.
Тем более что стиль R – голос художника, измученный волнением, страстью, ужасом, проникнутый изумлением перед непостижимостью концов и начал…
Тем более что бумага – не сивая кобыла и всё вынесет…
Каждый человек – это система фраз. Каждый видит, а, следовательно, и творит мир по образу и подобию своему…
  R хочется, чтобы становилось словом всё то, что думается сейчас.
  Фантазии, выдумки, мнимости…
  В основе их генезиса всегда лежит истина. Что же делать, если не можешь жить иначе, как словами, если кроме них всё чужое, пустыня, запустение, смерть, одна смерть смотрит на тебя глазами этого мира. R нечем дышать, кроме нескольких фраз и воспоминаний…
R питается крохами относительного абсолюта, ему доступного, – и мечтает своими силами домыслить всё остальное.
Так возникают реалии.
Так рождаются иллюзии.
Так на истощённой почве пустыни расцветают больные цветы человеческой мысли…

     P. S. Зачем, собственно, стране столько талантов, если она их рассыпает, как козий горох по дороге?


29 января.
А R всё пишет, чего же боле…
Что, милая Анжела, R утомил?
Что ж делать, R и сам себе в тягость и притом без надежды отделаться когда-нибудь от этого…
Вообще-то, хороший солдат тот, который знает, когда можно уклониться от службы…
R пытается убедить себя, что долги перестают быть долгами, когда человек становится злостным банкротом. Его кладут в долговую яму, откуда он поднимается только в день Страшного суда…
Хотя долги не раны – не заживают…
Как знать – кто знает?..
Разные народы населяют обширные меблированные комнаты вселенной. Собственно, вообще на этом маленьком участке земли, где мы все топчемся, битком набито феноменами.
Один из них – мистер R, занимающийся своей бесконечной транскрипцией, дорогой в никуда, в пустоту, в небытие, на край ночи. Вероятно, именно это и привлекает «парадоксальную психологию R» своим бесцельным и бескорыстным энтузиазмом.
Ибо R не уверен, что его читают.
Но это неважно…
Сегодня вылезло солнце, разглядело издали  землю и протянуло к ней свои жёлтые лапы.
Стало немного веселей…



      30 января.
Мечта татарской девственницы Анжелки – выйти замуж за татарского парня R, народить ему кучу татарских детишек, научиться вкусно готовить татарскую еду, чтобы кормить их всех всю свою татарскую жизнь…

      Шамиль (4 года): «Папа, я сейчас нарисую всех людей к нам в гости…»





31 января.
Бессмысленная мания манускрипции мистера R, отягощённая бессоницей…
Это – уже клиника.
Это – диагноз…
Что ж, каждый сам,  надсаживаясь и надеясь, тащит по жизни свой крест с тем, чтобы впоследствии сложить под ним своё протухающее мясо…
И смятение R – понятно. Оно гораздо более сложного качества, чем считают нынешние физиологи.
R – тончайшее, трогательное, трагическое обыгрывание будущего своего окаменения – во всём, до складок одежды. Мучительно чувствовать даже в его удивительной походке элементы этой недвижимости…
Жизнь R постоянно складывалась из экстремальных ситуаций. Но не внешние обстоятельства диктовали ему жизнь, а то, что происходило внутри, в самом R. Какие-то катаклизмы, в которых закалялась его душа…
По жизни часто видно, что люди, у которых ровная судьба, у которого не было больших испытаний, они … немного плоские, что ли? Обыватель живёт ровной, спокойной жизнью, где всё расписано, он просто обязан иметь обдуманный план жизни и труда. Как тот пескарь, который всего боялся – так и умер…
У китайцев есть пословица: «Если ты хочешь погубить своего врага – отдай ему сразу всё». Но с другой стороны – у каждого своя мера, кто-то выдерживает, кто-то ломается…
R с детства задавался вопросами, до которых люди доходят или в очень зрелом возрасте, или не доходят вообще…
Гениальна речь R при присуждении Нобелевской премии Бродскому – м о л ч а н и е …
R поймал свою   т и ш и н у …
Это было неожиданно для болтунов-журналистов, это было наполнено (смыслом? космосом?), это было драматично (по Шекспиру? по жизни?)…
А сам стиль жизни R – SUR…
Страна R – страна лёгкого поведения, страна лёгкого дыхания…
Просто R пытается осмыслить себя и свое место в жизни, в этом мире.
R не ждёт.
У него нет времени ждать…
Глубина осмысления бытия.
Жизнь приобрела особенную, внешнюю форму под действием внешних причин.
А суть – она была с самого начала:
м а н и я    м а н у с к р и п ц и и.
И R не прикладывает никаких усилий для того, чтобы быть таким, каким он есть –

П а м я т н и к о м   С а м о м у   С е б е …
ПЯТАЯ СТРАЖА | ПЯТАЯ СТРАЖА - 3
Рифат_Гумеров # 16 октября 2012 в 23:53 0
Внимание!

Предостережение!!!

В тексте нет ни одной собственной мысли автора, всё взято из самых лучших книг по психологии, философии исторических и художественных произведений. Но т.к. Mr. R не является специалистом в этих областях, то каждую мысль он отбирал по-своему, толковал по-своему и по-своему делал заключения и выводы.
У текста нет ни начала, ни конца... Точно как в телесериалах, Mr.R сам не знает чем закончится та или иная тема.
В данном тексте вы не найдете ничего нового, всё это вы прекрасно знаете, но прочитав данный текстамент (он же - литературный коллаж-перформанс, он же - литературная инсталляция-мистификация, созданная методом "склейки" (Берроуз, Керуак) - вы рискуете запутаться в собственных знаниях и тем самым создать себе ещё одну проблему, связанную с головой и нервами.
Вот теперь, как хотите...
С уважением Mr.R.