Чатырдаг

Автор блога: Копарев Евгений
Все рубрики (2)
Избранное
0
*
За окном метель.
Но вновь цветенье вишен
В сердце зрю моём.


*
В памяти моей
Я вновь в Крыму весною
По лесу брожу.


Из Р. Фроста. Комья тающего снега.

За домом комья тающего снега
Виднеются в густой тени.
Листы промокшей под дождём бумаги
Напоминают мне они.

Чернеют капли грязи, словно буквы,
На этой хладной белизне.
То очерки моих прошедших дней,
Что никогда не вспомнить мне.


Из Генри Лонгфелло. Осени.

Туманы, как герольды, пред тобою.
Ветр развевает шелк знамен твоих.
Китайским тканям далеко до них.
Сияя лучезарною красою,
Гордиться, Осень, вправе ты собою.
Так император в ризах золотых
Обозревает ширь земель своих,
Благословляя люд десной рукою.
Луна - твой медный щит - блистает -
И каждый сноп на праздник приглашен,
Лампадою, как в алтаре, сияет.
Твой каждый шаг молитвой освящён.
На землю ветер медь листвы бросает -
То милостыню щедро дарит он.




Из Эдгара По.

Смирившись со своей судьбой,
Хоть счастье не изведал,
Я время, что провёл с тобой,
Забвением не предал.
Удачливей меня бедняк.
О мне скорбишь ты что же?
Ведь для тебя я кто? Ведь так…
Заезжий гость. Прохожий.



Из Эдгара По. Сон во сне.

Возьми мой поцелуй над бровью.
Ведь расставание с любовью
Вполне нас убедило в том,
Что наша жизнь была лишь сном,
Что не ошиблись мы в одном:
Надежда улетела прочь, -
В безумный день иль в злую ночь;
За ней, как морок, как туман,
Уходит бытия обман.
Всё, что мы видим в этот час, -
Лишь сон, что окружает нас.
Вот ветер штормовой подул –
Меня объял прибоя гул.
Сжимаю пригоршню песка.
Как мало. Всё ж моя рука
Песок не в силах удержать –
Песчинки ветр уносит в море,
Пока я погружаюсь в горе.
Дай, Боже, сил их все сжимать.
Как сохранить хотя б одну
Навеки в памяти волну?
Всё, что мы видим в этот час, -
Лишь сон, что окружает нас.
Возьми мой поцелуй над бровью.


Распятый Рим

Не забудет наша Церковь взятие Царьграда:
Церкви Божьи осквернялись, кровь лилась рекою.
О великая Ромея, что стряслось с тобою?
Теми, кто возжаждал власти, ты была распята.
Дело общее забыто – лишь блистанье злата,
Святотатство и кощунство варваров Заката.



Небесных сонмов Радосте

Небесных сонмов Радосте и рая ликование,
Нетварный Свет Приявшая, Ты - Ангелов Сияние,
Небесных Сил Превысшая, Источник утешения,
Сосуд духовной сладости, душ наших Очищение,
Покрове и Заступнице людей, к Тебе взывающих,
Пристанище обидимым, Надеждо унывающим,
Услыши мя, Всепетая, о Дево Всесвятая,
Я на Твою, Владычице, защиту уповаю.



Царице, Мати Божия

Царице, Мати Божия, Всевышнего селение,
Надмирных сонмов Радосте, Сосуде утешения,
О херувим превысшая и серафим честнейшая,
Владычице всепетая, самих небес святейшая,
Очисти мя, Пречистая, Источник очищения,
Вручи мя милосердию Подателя спасения.




Безмолвный крик

Над небом голубым – иные небеса.
Не видим их, не услыхать нам голоса
Людей всех, не родившихся на белом свете.
Во чревах матерей испуганные дети
Кричат, и крик их застывает на устах.
Орудия убийства не дрожат в руках,
Средь кафеля мелькают белые халаты…
Не видим их, не услыхать нам голоса
Людей всех, не родившихся когда-то…
Над небом голубым – иные небеса.



Из писем римского друга

Здесь лежит купец из Азии. Толковым
был купцом он - деловит, но незаметен.
Умер быстро: лихорадка. По торговым
он делам сюда приплыл, а не за этим.

Рядом с ним - легионер, под грубым кварцем.
Он в сражениях Империю прославил.
Столько раз могли убить! а умер старцем.
Даже здесь не существует, Постум, правил.

*
Скоро, Постум, друг твой, любящий сложенье,
долг свой давний вычитанию заплатит.
Забери из-под подушки сбереженья,
там немного, но на похороны хватит.

Поезжай на вороной своей кобыле
в дом гетер под городскую нашу стену.
Дай им цену, за которую любили,
чтоб за ту же и оплакивали цену.

Иосиф Бродский. Письма римскому другу. Март 1972 г.




*

На вершинах горных снег ещё белеет,
Тает лёд в пруду под вешним солнцем.
Злой зиме вдогонку южный ветер веет,
Ярче свет сквозь пыльное оконце.

В чаще леса не умолкнет гомон птичий,
Песнь скворца в округе раздается.
Так же как замкнулся ныне цикл годичный,
Так и нашей жизни круг замкнется.

*

Друг мой Клавдий, здравствуй. Я твоё посланье
Получил оказией в походе.
Многое произошло в людском сознаньи,
Многое свершилося в природе.

Кроме службы, что ещё мне будет ближе?
Диалог друзей во время пира?
Друг мой, ты меня ведь знаешь, ты же видишь:
Я служу не только Риму, - Миру.

*

Лишь во время войн я достигал сложенья,
Но когда меня оставят силы,
Я к тебе приеду, взявши сбереженья, -
Не на жеребце, а на кобыле…

«Длани» проплывают над бессмертным строем,
В небе ангелы стоят рядами.
Знаем мы, что в ойкумене мир устроим,
Победим: Спаситель мира с нами.




Гляжу с надеждою

Гляжу с надеждою в грядущее страны –
Над Родиной моею Солнце Правды встанет,
И благодать развеет козни сатаны,
От забытья греховного народ воспрянет.

Очнувшись, сети лжи увидит человек,
Все, наконец, поймет, оценит и рассудит.
Венец Царей Российских для него навек
Напоминаньем о венце Мессии будет.




Из Р. Фроста. Тленно золото цветов...

Весна дарует нам на час
Тот дивный цвет - отраду глаз, -
Оттенок золотой цветов.
Час минул - злато лепестков
Жестокий ветер гонит вдаль, -
Так проникает в рай печаль...
Проходит время сладких снов,
И тленно золото цветов...


*

Страшнее вод самих всемирного потопа
Идет на нас лавина злобы, лжи и тьмы.
Уже во мгле апостасии вся Европа,
И гласу совести внимаем редко мы.

Знамена ада продвигаются вперед,
Уже и сам Антихрист близко, при дверех,
А богоносный и прославленный народ
Повержен в прах за неисправленный свой грех.

Мы без Тебя, Спаситель, ничего не можем,
Услыши плач народа Твоего и стон.
Да расточатся все враги Руси, о Боже,
И вновь воссядет Государь на русский трон.






Горний град

Не выразить словами той тоски,
Которая объемлет дух поэта,
Но на бумагу лягут вновь стихи, -
Cредь строк - печаль, как тусклый отблеск света.

Бессильна передать и речь ту грусть -
Любой живой души о Горнем Граде, -
Но вот молитва слышится из уст,
C ней сердца возгорается лампада.




В соавторстве с Е. Беляевым

Есть светлый край, где горя нет.
Там небо, травы и цветы,
Сады, чертоги и мосты, -
Все дивный излучает свет.

Там нет осеннего ненастья,
Благоухание кругом.
Источник вод там дарит счастье,
Там Солнце Правды - все во всем!

Там мрака не увидишь ты.
Лучи Господней доброты
В краю том дарят Духи Света.

Их сонмы зрят сердца людей,
И взгляд их пламенных очей
Рождает стих в душе поэта.




Удерживающий

Да, множество врагов есть у тебя, Россия.
Какое же названье дать врагам страны?
Деянье дьявола – названье вражьей силы,
Враги Святой Руси – клевреты сатаны.

И если победят враги тебя, Россия,
То и самим врагам твоим тогда не жить,
Ведь ты – преграда на пути апостасии,
Ты – Третий Рим, о Русь, четвертому – не быть.





Из Роберта Фроста. Снежинки.

Скрип старой ели
И крики птицы...
Снежинки сели
Вдруг на ресницы.

Снежок расстает,
А с ним унынье.
Меня оставят
Печали ныне.






Из Р. Хоукера. Служебные духи.

Не видим их, не услыхать
Нам музыки их крыл.
Незримо дарят благодать
Нам ангелы весны.

Они, летая над землей,
Благословенье шлют
Долинам и глуши степной -
И там цветы растут.

В степи цветы я вновь сорвал
Весеннею порой.
Их ангел ознаменовал
Своей святой рукой.


Из Л. Голдберг. Сосна.

Здесь голоса кукушки не слыхать,
Деревьям снежной шали не набросить,
Но здесь под сенью вековечных сосен
В дни детства моего вернусь опять:
Там перезвон хвоинок не унять,
Там на снегу увижу след полозьев,
Средь малахита льда речушки просинь
И песням той земли смогу внимать.
Быть может, журавли приобщены
При перелете долгом к той печали -
Любить два отчих дома, две страны.
Под вами, сосны, жизнь моя промчалась:
Два очага, две боли, две семьи;
Мои в двух странах корни проросли.





Стихи

О, если б без стихов душой лишь можно было
Мне высказать все то, что сердце пережило,
Ведь зачастую кажется лишь хитрой ложью,
Все, что стихами выразить считал возможным;
Ведь лишь отчасти поэтическое слово
Способно отразить души людской основу, -
Но вне меня стихи желают проявленья,
Бумага ждет их на себе отображенья, -
И вновь перо сему содействовать готово, -
И вот, себя, как отблеск света неземного,
Являет миру поэтическое слово.
Но подступает вновь к душе молитвы благодать, -
Лампада духа возжена - я не могу писать...






Псалом 3

Господь, как враги ополчились!
Восстало их множество против меня.
"Ему нет спасения в Боге",-
Уж многие сердцу твердят моему.
Господь, Ты - мой щит, моя слава;
Мою постоянно возносишь главу.
Взываю к Тебе, о мой Боже,
Услыши меня со святыни Своей.
Помилуй меня, мой Спаситель,
Тобой существую я, движусь, живу.
Меня обступил полк лукавых
Затем, чтоб душою моей завладеть.
Восстани, Создатель, спаси мя
И зубы врагов всех моих сокруши.
Твоя благодать да пребудет
Со мною, навеки - с народом святым.







Великая Россия

Светочем вселенной всей
Быть Господь Россию предызбрал:
Бог Руси Закон Свободы дал
И Свое прославил Имя в ней.

Русь, благословен твой путь,
Не доверься вновь врагам твоим,
О твоем призваньи не забудь,
Православие храни.

Побеждают нас враги подчас,
Богоборцы верх берут,
Но Русь горняя спасает нас
От врагов и от иуд.

Русь, благословен твой путь,
Не доверься вновь врагам твоим,
О твоем призваньи не забудь,
И Державность сохрани.

Закалим мы дух в святой борьбе
И преграды на пути сметем,
Не изменим мы, о Русь, тебе,
К Солнцу Истины придем.

Русь, благословен твой путь,
Не доверься вновь врагам твоим,
О твоем призваньи не забудь,
Слово Русское храни.

Возвеличь, о Боже, Третий Рим,
Отче, нас, детей Твоих, прости
И введи в Собор Святых Руси,
В Горний Иерусалим.

Русь, благословен твой путь,
Не доверься вновь врагам твоим,
О твоем призваньи не забудь,
Благочестие храни.







Дай сил мне, Боже...

Дай сил мне, Боже, не роптать
В час наступленья испытанья,
Умерь души моей страданья,
Дай сил надеяться, прощать.

Дай, Боже, силы не забыть,
Что все ниспослано Тобою,
Дай, Боже, сил мне всех любить,
Врагов и близких, - всей душою.

Подай мне слезы покаянья,
Грехи мои, Господь, прости,
Дай сил, Христе, для состраданья,
Дай сил до рая мне дойти...


Молитва

Я пред Тобою, Боже, предстою,
Пред святостью Твоей благоговею,
Тебе, Господь, себя я предаю,
И ни о чем просить Тебя не смею.
Я лишь одно желание имею -
Святую волю исполнять Твою.




Бог

Бог - смысл и освященье жизни всей,
Пространство духа в тесноте моей,
Он - вечный мой живот, Он - пища, питие,
Оружие и одеяние мое,
Он - свет души моей, защита и оплот,
Он - бытие мое. Все для меня Господь.






Из Лорки. Две реки.

Гвадалквивир течет
Средь апельсиновых садов,
Твои, Гранада, две реки
Бегут в долины от снегов.

О любовь, ты ушла безвозвратно!

В струях Гвадалквивира
Увижу я цветы граната.
Хениль -- слезами, Давро -- кровью...
То льются реки, что в Гранаде.

О любовь, ты прошла, словно ветер!

Для парусников близ Севильи
Давно проторена дорога,
Но - по гранадским быстрым рекам -
Они не поплывут, - лишь вздохи.

О любовь, ты ушла безвозвратно!

Гвадалквивир... Дворцы
И запах лавра и лимона.
Хениль и Давро, две реки...
Руины храма над затоном.

О любовь, ты прошла, словно ветер!

Но воды рек не унесут
Огонь болотный горя.

О любовь, ты ушла безвозвратно!

Цветы граната и олив
Они уносят в море.

О любовь, ты прошла, словно ветер!







87 псалом

Спаситель мой, Господи Боже,
К Тебе я взываю и ночью, и днем,
Молитвы к Тебе воссылаю;
Услыши, Создатель, моленье мое.
Душа истомилась от горя,
И жизнь моя стала похожа на ад.
Я словно бы болен недугом, -
Смертельным недугом, когда уж не встать;
Лежу среди мертвых, забытый,
И больно врачам о таких вспоминать.
Оставил меня Ты во рву преисподнем,
Волнами невзгод поразил,
Посмешищем сделал меня для друзей Ты,
Родных от меня удалил.
Спаситель мой, Господи Боже,
К Тебе я взываю и ночью, и днем,
Молитвы к Тебе воссылаю;
Услыши, Создатель, моленье мое.
Ужели творишь чудеса Ты для мертвых?
Умерший восславит ль Тебя?
Во гробе Твоя ль возвещаема милость,
Во аде ль, Благий Судия?
Но я к Тебе, Боже, взываю,
Меня пробуждает молитва моя;
Раба Твоего не отвергни,
Лица Твоего не скрывай от меня.
Я с юности истаеваю,
Ты видел, Спаситель, страданья мои,
Прошла надо мной Твоя ярость,
Прошли надо мной волны гнева Твои.
Друзей от меня удалил Ты,
Посмешищем сделал меня в их глазах,
Я всеми родными оставлен,
Душой овладели волненье и страх.
Спаситель мой, Господи Боже,
К Тебе я взываю и ночью, и днем,
Молитвы к Тебе воссылаю;
Услыши, Создатель, моленье мое.






Из Лорки. Синтоизм.

Колокола звон
С пагоды плывет
Над землею... Там -
Сакура цветет,
Там - мечтает ключ
Смыть с душ наших сор,
Золотом горят
Цапли, пики гор.




Весна

Прошла пора цветенья слив и вишен,
И голос горлицы уже я слышал.
Весь двор зарос высокою травой,
А стриж все не торопится домой.
Под вишнями в саду все гуще тень,
И все тревожней каждый новый день.
И дождь все льет... На сердце грусть - хоть плачь,
И под скамьёю мокнет жёлтый мяч.




Чатырдаг

Объята сизой мглою степь. Потухла туч гряда.
Сбегая с гор, дорогу ищут вешние ручьи впотьмах.
Все гуще тьма... Лишь вишен цвет белеет, как туман, в садах,
И первая, несмелая, затеплилась звезда,
И над толпою черной крымских гор, средь мрака,
Венец рубиновый сияет Чатырдага.

Из Лорки. Филин.

Филин устал созерцать.
Протирает, вздыхая, очки.
С небосвода скатилась звезда,
Вот скатились с холма светлячки.
Вот и росы легли на поля,
И умолкли, намокнув, сверчки.




Третий Рим

Будь верною Христу, Великая Россия, до конца,
И Бог тебя простит и не осудит,
Ему верна будь до Голгофы, до тернового венца,
Ты - Третий Рим, четвертого - не будет.






Право и долг

Погибнуть за Отчизну – наше право,
Ее защита – это наш сыновний долг.
Мы отстоим России честь и славу, -
Так учит Церковь нас, так заповедал Бог.





Дождь

В деревенской глуши
Коротаю свой век...
Дождь лишь шепчет в тиши:
Нет вокруг ни души.

Дождь лепечет во мгле,
За окном меркнет свет.
Скорбь царит на земле...
Скорбь и – дождь с ней во мгле.

Отчего не пойму
Мое сердце скорбит.
Чем помочь мне ему
Я никак не пойму.

Это духа разлад,
Это немощь души.
Без обид, без утрат
В сердце боль и разлад.



Чай успел остыть...

Чай успел остыть,
Пока - в разгар цветенья -
Вишни созерцал.
Чатырдаг
0
Объята сизой мглою степь. Потухла туч гряда.
Сбегая с гор, дорогу ищут вешние ручьи впотьмах.
Все гуще тьма... Лишь вишен цвет белеет, как туман, в садах,
И первая, несмелая, затеплилась звезда,
И над толпою черной крымских гор, средь мрака,
Венец рубиновый сияет Чатырдага.