Артемов Виктор (г. Кемерово)

10 сентября 2012 - Администратор

ТЕНЬ

Когда и где
Он прозвенит,
Звонок судьбы,
Звонок тревоги.
И сердце сразу
Защемит:
А те ли выбраны
Дороги?

Быть может
Надо тормознуть:
Туда ли путь ведёт?
А может надо
Отдохнуть?
Проверить, чья там тень,
Тихонько за тобой идёт?

А если тень там есть,
Не бойся тени той:
Она спасает твою честь,
То ангел, незримый твой!

Переосмысли,
Своей жизни путь.
Сравни с мечтой
Заветной.
А всё ли так?
И прежним будь,
Не поддавайся
Повседневности суетной!

Иди всё тем,
Путём известным.
Не бойся,
Не склоняй колени.
Не соблазняйся
Купе дорожным,
Одноместным.
И будешь достойным:
Своей тени!

Альбом

Я школьный достаю альбом,
И к горлу подступает ком.
Оттуда смотрит на меня,
Из юности, из школы ребятня.

Какие были пацаны,
Мы думали: — нам не познать
Боёв и ужасов войны.
Но нас позвал Афган,
Перевернув всей жизни план.

Мой одноклассник, друг,
Сгорел в бою под Кандагаром.
Зашёл он на последний круг,
И там, не справился
Он с «миговским» штурвалом.

Второго занесло аж в Карабах,
Там «азеры» с армянами
Схлестнулись на ножах.
Он там заполучил костыль,
Живёт сейчас один, бобыль!

А та, которую любил,
И после выпускного
На руках носил.
При родах умерла,
И ничего с ней сделать
Медицина не смогла.

Мне хочется скорей
Закрыть альбом.
И проглотить,
Проклятый,
Подступивший к горлу ком.
В альбоме этом,
Многих нет в живых.
Они оттуда смотрят на меня,
И их глаза, как будто бы
Глаза святых!

Грусть и осень

Грусть и осень,
Листопада шорох.
Ну, зачем ты осень,
Навалила листьев целый ворох.

Листья гонит,
Осень золотая.
Ничего не просит,
Листьями играя.

Ну, зачем ты осень,
Душу мне бередишь.
Ну, зачем ты осень,
Желтизной тревожишь.

Ты послушай осень,
Я тебя тихонько попрошу.
Разреши мне осень:
Я листву с тобой поворошу.

Может грусть с листвою,
Мне рукой помашет.
Может, повезёт с тобою,
Осень узелок завяжет.

Тот, заветный узелок,
Грустью осенённый.
Видно наш подходит срок,
В осень, Я теперь влюблённый.

Любовь как сон

Любовь, как сон:
Приходит в призрачном тумане,
Как будто бы в прочитанном романе.
Любовь, как сон:
Она берёт своё, не торопясь,
Расскажет обо всём, непотаясь.
Любовь, как сон:
Приходит в призрачном тумане.

Любовь, как сон:
Она приходит не стучась,
Уходит, тоже не прощаясь.
Любовь, как сон:
Заденет Вас своим крылом,
Как будто бы плеснёт веслом.
Любовь, как сон:
Она приходит не стучась.

Любовь, как сон:
Печалью качает на волнах,
Плескаясь в четырёх стенах.
Любовь, как сон:
Не даст вернуться к своим гнёздам,
Отправит в путь к далёким звёздам.
Любовь, как сон:
Печалью качает на волнах.

Любовь, как сон:
Ведёт без спроса по млечному пути,
Толкает всю жизнь вдвоём пройти.
Любовь, как сон:
Противиться, уж нету, больше сил,
А вроде бы коней любви не торопил.
Любовь, как сон:
Ведёт без спроса по млечному пути.

Любовь, как сон:
Удел такой, нам выпало любить,
А без неё нет просто смысла жить.
Любовь, как сон:
Природа подарила этот дар,
Он иногда бывает, как удар.
Любовь, как сон:
Удел такой, нам выпало любить!

Те качели

Помнишь летние качели,
Как они верёвками скрипели,
Как взлетали в вышину
И потом неслись ко дну.
И душа скакала в пятки,
Но мы качались, без оглядки.

Те далекие, забытые качели,
Они незабываемые песни пели,
Песни те в душе остались,
Будто бы мы с ними не расстались.
И по жизни их с собой несли,
По-другому поступить и не могли.

Заскрипели снова бы те качели,
Мы на них бы первыми успели,
Захватили ту заветную доску,
И взметнулись к ночи потолку.
Потолку туманных Андромед,
Чей до нас едва доходит свет.

Но и в том свете я тогда сумел,
Разглядеть по жизни свой удел,
И привёл соседку на качели,
Вот тогда они и по-особому запели.
Лучше не было скрипучих песен,
Как по юности пьянящих весен.

Но пути дороги наши разошлись,
Да и те качели больше не нашлись.
В памяти остался аромат духов,
Да полёт до звёздных потолков,
Да скрипит во сне качельная доска,
Да ещё накатит иногда тягучая тоска,

Рассказ солдата

Я вспоминаю свой первый бой,
И артобстрел, и минный вой,
И танк, ползущий на меня.
Катком прошлась по мне война.

Бензин, в бутылке описав дугу,
Рванул, где крест у танка на боку.
Огонь разлился по танковой броне,
Я не по доброй воле,
Здесь, оказался на грохочущей войне.

Весной,
В сорок втором призвал военкомат,
Шинель, винтовка и я уже солдат.
Присягу принял перед боем,
В придачу, с минным надоевшим воем.

Окоп отрыли в профиль на двоих,
Перед траншеей, за сорок метров до своих.
Передовой, замаскированный дозор,
Врага отсюда можно бить в упор.

И враг пошёл, свинцом плеская,
По-своему, гортанно что-то завывая.
Сознаюсь, был и первый страх,
Но то на первых лишь порах.

Мы первыми тогда огонь открыли,
Тех гадов близко подпустили.
Ударили из двух, с товарищем, стволов.
Наверно много можно насчитать гробов.

Передовая поддержала тут же жаром,
Тех немцев положили просто валом.
Но танки за пехотой вслед пошли,
А мы оттуда быстро не успели отойти.

Но танк, уже чадя, по смрадному горел,
Я с удивлением на дело рук своих смотрел.
Потом лишь понял, что мне просто повезло,
Но главное, что выжил, всем врагам на зло.

Комбат медаль вручил мне перед строем,
Со свистом пуль и тем же минным воем.
Так началась в сорок втором моя война,
И продолжалась до сорок пятого,
До самого победного войны конца.

Смерти улыбаясь

Земля изранена, в воронках,
Закончен только артобстрел,
А паренёк в окопе,
Пригнувшись, тихонько песню пел.

Он пел про дивный край,
Откуда позвали на войну.
И где сейчас не слышен
Пулемётный лай,
И радостно встречать весну.

Тюльпаны скоро зацветут,
Пройдут дожди косые.
Весенний сев станичники начнут,
И пятки просверкнут босые.

Ему бы тоже там пахать,
Да вот война:
Отец и брат убиты.
Умеет не плохо он стрелять,
А там, за бруствером, лишь враг,
И власовцев отпетые бандиты.

Но вот трубач атаку затрубил,
И встала в рост пехота,
А пулемёт,
Очередями вновь забил,
Там на живых,
Смертельная пошла охота.

Свинцом атаку захлебнули,
И кровью тоже захлебнули,
По самую завязку.
Как будто землю развернули,
А сглаз забыли снять повязку.

Остатки батальона
Откатились дальше, в лес,
А парень тот лежать остался,
Земля казалось, потеряла вес
И словно пух виска касался.

Команда власовцев пошла,
Живых, нещадно добивая,
А у него и кровь уже не шла,
Душа из тела прощалась улетая.

Казённое
Письмо прочтут в станице:
Погиб в бою, сражаясь,
А он лишь посмотрел
Вдогон летевшей птице
И выдернул чеку гранаты,
Смерти улыбаясь.

Леонид Якутович # 11 сентября 2012 в 04:57 +1
Тяжёлая тема,военная и обсуждать нет охоты,потому что войну как работу трудную обсуждать потребно,а не как героизм,прогулку..помню в Ростове,в саду играл духовой оркестр,ая лет пяти от роду,откапал из траншеи для строящегося водопровода горсть патронов,видимо ещё с гражданской и в маленький костёрик кинул,а они счёлкать громко начали и по музыкальному инструменту стукнуло,он из рта выскочил,труба огромная с четырьмя кнопочками,я то убежал с испугу,а там всё пытали,кто стрелял,кто музыкантов напугал?Вот вспомнилось баловство,а война не баловство с чекой гранаты!
С уважением!
0 # 21 сентября 2012 в 05:57 0
Спасибо Леонид! Удачи!